Несмотря на внутренние терзания, он не мог игнорировать Лю Ланьяна.
Какая нелепость! Игнорировать Лю Ланьян — значит пренебрегать Богом-Демоном.
У него нет такого желания умирать, которое заставляло бы его думать, что у него впереди долгая жизнь.
«Госпожа Лю, что случилось?» Выражение лица Пэн Чжэня было идеально сдержанным: ни слишком отстраненным, ни слишком интимным, ни слишком формальным, чтобы не вызывать дискомфорта, ни слишком дружелюбным, чтобы не рассердить демонического бога и не угрожать его жизни.
«Учитель сказал, что сегодня вечером хочет съесть холодный салат из редиса, много-много редиса и много-много уксуса». Сказав это, Лю Ланьян улыбнулась и наклонила голову, чтобы посмотреть на Бога-демона: «Это Учитель?»
Демон-бог беспомощно посмотрел на Лю Ланьян и решительно заявил: «На кухне нет редиса».
«Нет редиса?» — Лю Ланьян долго смотрела на демона-бога с явным недоверием, а затем повернулась к Пэн Чжэню в поисках ответа.
«Да, на кухне его нет», — тут же сказал Пэн Чжэнь, увидев, что Лю Ланьян обернулась.
Бог знает, насколько ужасно этот демон-бог солгал.
Если бы он не боялся Господа, ему бы очень хотелось спросить: «Знает ли Господь, в какую сторону выходит кухонная дверь в доме Вучен?»
«А, тогда забудьте об этом». К счастью, Лю Ланьян не восприняла это слишком серьезно.
Бог-демон радостно обнял Лю Ланьян и вознёсся в небо. Его последняя улыбка навела Пэн Чжэня на странную мысль. Почему ему всегда казалось, что почтенный Владыка намеренно перенёс Лю Ланьян во дворец Учэнь, чтобы она могла наслаждаться полётами вместе с ним?
А так ли это?
Это только для того, чтобы обнять Лю Ланьян и летать несколько раз в день?
Скорее всего, нет.
Зачем Господу было делать что-то настолько бессмысленное?
Как только он это обдумал, тихий голосок в его сердце возразил: «Этому почтенному господину нечем заняться, поэтому он возит Лю Ланяня на самолете не менее четырех раз в день. Что это значит?»
Голоса несогласных немедленно подавлялись в соответствии с общепринятыми взглядами Пэн Чжэня, которые заключались в том, чтобы помочь Лю Ланьянь освоиться в обстановке Учэньского дома и испытать радость совершенствования.
Да, именно по этой причине.
Все остальные необоснованные причины должны быть исключены и ни в коем случае не должны появляться!
Внутри особняка принца Юй Цзиньшуо свирепо посмотрел на Лю Синьжуна: «Мне плевать, какие обиды у тебя были на Лю Ланьян в прошлом, теперь она — приближенная к Богу-Демону, не ищи с ней неприятностей. Я не хочу быть замешанным в делах твоей семьи Лю».
Юй Цзиньшуо взглянул на Лю Синьжуна, который собирался что-то сказать, и предупредил: «Если кто-то помешает моим планам, я первым делом устраню потенциальную угрозу».
Лю Синьжун с ужасом смотрела на Юй Цзиньшуо, никак не ожидая от мужа такой бессердечности. Разве смысл его слов не был очевиден?
Если он почувствует, что они ему мешают, он возьмет дело в свои руки и устранит их.
«Ваше Высочество…» Лю Синьжун почувствовала холодок в сердце. Она никак не ожидала, что человек, за которого она так долго мечтала выйти замуж, окажется таким бессердечным.
«Конечно, я знаю, что Жунъэр не такая уж и бессердечная, правда?» Выражение лица Юй Цзиньшуо изменилось так быстро, что Лю Синьжун не успела отреагировать. Она могла лишь безучастно смотреть на Юй Цзиньшуо, позволяя его кончикам пальцев нежно поглаживать ее лоб, оставляя холодное прикосновение, от которого у нее пробирала дрожь.
«Вы, должно быть, устали, идите отдохните», — громко сказал Юй Цзиньшуо. «Кто-нибудь, отведите госпожу обратно в её комнату, чтобы она отдохнула».
Горничная тут же вошла и помогла Лю Синьжун, которая все еще пребывала в оцепенении, добраться до спальни.
Наблюдая за удаляющейся фигурой Лю Синьжун, Юй Цзиньшуо жестоко усмехнулся. Лю Синьжун, ей лучше понять, на чьей стороне ей следует быть.
Женщине следует считать своего мужа своим раем, а не продолжать полагаться на силу своей материнской семьи.
Если она не умеет прислуживать мужу, он поручит кому-нибудь научить её этому.
Семья Лю... всего лишь ничтожная семья. Если они встанут у него на пути, он без колебаний устранит их одним движением пальца.
В этот момент Лю Цзиньли, совершенно не подозревая об опасности, все еще спрашивал свою дочь: «Синья, ты действительно собираешься в Учэньцзю?»
Лю Синья утвердительно кивнула: «Да, отец».
«Но Лю Ланьян и мы…» — обеспокоенно сказал Лю Цзиньли, но Лю Синья прервала его, не дав закончить фразу. «Поэтому я иду туда, чтобы выслушать Господа и заодно успокоить Лю Ланьяна».
«О? Это было бы идеально. Только убедитесь, что между вами и Господом нет вражды». Лю Цзиньли был вне себя от радости, услышав это. Его две дочери были царицей демонического царства и женой генерала демонического царства. Его будущее было светлым, и не было необходимости расстраивать Господа из-за какой-то пустяковой мелочи и разрушать его планы.
«Хорошо, отец. Не волнуйтесь». Лю Синья улыбнулась и ушла. Когда она грациозно отвернулась, Лю Цзиньли не заметил её задумчивой улыбки.
!
В чём разница между главой 61 и главой 7?
Три дня спустя Лю Синьжун стояла в резиденции Учэнь, где её лично встретил Пэн Чжэнь.
«Ты совсем один?» — Пэн Чжэнь был весьма удивлен, полагая, что Лю Цзиньли тоже придет.
«Да», — кивнула Лю Синьжун и мило улыбнулась. — «Мой отец сказал, что не смеет беспокоить господина. Он пришел лишь поболтать с Ланьян об их сестринских отношениях».
Пэн Чжэнь улыбнулась, изо всех сил стараясь скрыть презрение. Сестринские чувства?
У семьи Лю нет стыда. Он прекрасно знает, как они обращаются с Лю Ланьянем.
Теперь, когда Лю Ланьян стала ученицей достопочтенного господина, видя, как сильно достопочтенный господин её любит, в семье Лю вновь вспыхнула сестринская привязанность.
Почему вы не сделали этого раньше?
Когда ты каждый день заставляла Лю Ланьян подниматься в горы рубить дрова и издевалась над ней на каждом шагу, между вами не было никакой сестринской привязанности.
Он поручил кому-то отвести Лю Синью во двор, оставив двух служанок прислуживать ей. Сказав несколько вежливых слов, Пэн Чжэнь приготовился уйти.
«Простите, где Ланьян?» — окликнула Лю Синья Пэн Чжэня, объясняя с немного смущенной улыбкой: «В будущем мне будет удобнее навещать Ланьян».
«Госпожа Лю находится во дворце Учэнь. Без приказа господина любой, кто войдет, будет убит», — сказал Пэн Чжэнь совершенно обычным тоном, без всякого намека на убийство. Тем не менее, Лю Синья почувствовала безобидную дрожь в сердце и охватил страх.
«Итак…» — голос Лю Синьи заметно понизился, она сама этого не заметила, — «Если я хочу пойти к сестре Ланьян…»
«Можете сказать служанке, а после того, как я доложу господину, посмотрим, какое решение он примет». Закончив говорить, Пэн Чжэнь вежливо спросил, совершенно не обращая внимания на мимолетное смущение на лице Лю Синьи: «Что думает госпожа?»
«Тогда я вас побеспокою». Лю Синья слегка поклонилась и вернулась в свою комнату.
Затем Пэн Чжэнь добавил: «Берегите её; она старшая сестра мисс Лю». Его голос был не слишком громким и не слишком тихим, как раз достаточно громким, чтобы Лю Синья, находившаяся в комнате, могла его хорошо услышать.
Он крепко сжал кулаки, в его глазах сверкнул холодный, полный обиды свет.
Как могла она, будучи женой демонического генерала и дочерью Великого Старейшины Царства Демонов, привлечь к себе внимание лишь из-за какого-то глупца?
Более того, видеть эту глупую девчонку — это как иметь аудиенцию у императора... Как же это бесит!
В конце концов, Лю Синья оказалась совсем не Лю Синьжун. Даже если она и злилась, то не показывала этого. Ее гнев был ничтожен по сравнению с ее грандиозным планом.
Внутри Беспыльного дворца достопочтенный с довольной улыбкой наблюдал за тем, как ест Лю Ланьян. Лю Ланьян получала огромное удовольствие от еды, но блюда перед ним оставались нетронутыми.
«Ваше Величество, она не издала ни звука и спокойно ведёт себя во дворе». Пэн Чжэнь воспользовался случаем, чтобы доложить о ситуации с Лю Синья демоническому богу.
«Хм». Демон-бог рассеянно напевал.
Пэн Чжэнь долго ждал, но так и не получил никаких указаний снизу. Он безучастно смотрел на Бога-Демона. И это всё?
Разве Господь не сказал, что состояние Лю Синьи не совсем в порядке, и не велел ему быть внимательнее?
После стольких раздумий, неужели это единственный ответ?
«Ваше Величество, Лю Синья все это время находилась во дворе, большую часть времени запершись в своей комнате и не пуская туда служанок. Что-то не так?» Поскольку Демон-Бог хранил молчание, Пэн Чжэню ничего не оставалось, как высказать свое предположение.
Неужели Господь теперь отреагирует?
Пэн Чжэнь с нетерпением ждал, и на этот раз его ожидание не было разочарованием; Бог Демонов заговорил.
«Пэн Чжэнь».
«Да», — тут же взволнованно ответил Пэн Чжэнь, даже сам не понимая, что в нём такого захватывающего.
«В следующий раз перед подачей удалите рыбьи кости и панцири креветок. Есть это неудобно», — серьезно сказал демон-бог, но Пэн Чжэнь был совершенно потрясен.
Одним движением руки рыба на тарелке отделилась от костей и мяса, что облегчило Лю Ланьян процесс еды.
«Вкус всё ещё немного не тот, но пока придётся довольствоваться этим». Бог-демон поставил тарелку перед Лю Ланьян, совершенно не подозревая, какой удар его действия нанесли Пэн Чжэню.
Пэн Чжэнь внезапно почувствовал, что вот-вот взорвётся; это было недопустимо.
Они явно говорили о Лю Синья, так как же разговор вдруг перешёл к еде?
Что важнее?
Хорошо... у него есть ответ на этот вопрос.
Даже дела самого Господа можно было отложить, потому что Лю Ланьян участвовал в дискуссионном совещании, поэтому ответ был очевиден: еда была важнее.
Лю Ланьян сделала вид, что не слышала их, и продолжила есть. Бог Демонов, похоже, не собирался говорить ничего больше, поэтому Пэн Чжэнь мог лишь стоять в стороне и ждать следующего приказа Бога Демонов.
Лю Ланьян отложила палочки для еды, встала и сказала: «Я закончила есть». Затем она повернулась и ушла.
«Просто оставь всё как есть». Бог-демон наблюдал, как фигура Лю Ланьяна скрылась за углом, а затем снова перевёл взгляд на Пэн Чжэня.
«Да», — ответил Пэн Чжэнь, и в его голове промелькнула странная мысль, из-за чего он невольно прямо спросил: «Ваше Превосходительство, необходимо ли так спешно сообщать о таком деле?»
Он вспомнил, что во время ужина Господь попросил его доложить о ситуации с Лю Синья.
Судя по поведению Господа, его совершенно не волнуют действия Лю Синьи, так почему же он так спешит что-то предпринять?
Бог-демон взглянул на Пэн Чжэня, слегка покачал головой и с чувством разочарования сказал: «Я просил тебя говорить, но это было для того, чтобы услышал Лань Янь».
"Что?" — Пэн Чжэнь никак не ожидал такого ответа.
"Всё ещё не понимаешь?" — Демонический бог взглянул на Пэн Чжэня, почувствовав, что его интеллект в последнее время снизился.
Пэн Чжэнь и не подозревал, что демон-бог уже успел его презирать, и он всё ещё тупо качал головой, ничего не понимая.
«Посмотрим, волнует ли Лань Янь семью Лю. Если нет, то с Лю Синья и остальными проблем не будет», — любезно объяснил Демон-Бог Пэн Чжэню, чтобы тот не запутался.
«Как мисс Лю могла заботиться о них после того, как они с ней обошлись?» Пэн Чжэнь пришел в ярость, вспомнив, что Лю Цзиньли и остальные сделали в прошлом. Как они могли так издеваться над маленькой девочкой?
«Трудно сказать. Лань Янь всегда была такой мягкосердечной. А вдруг она будет против?» — Бог-демон говорил очень серьезно, но в очередной раз лишил Пэн Чжэня дара речи.
Лю Ланьян — человек с мягким сердцем?
Что ж, простите его плохое зрение, но он совершенно не мог разглядеть в Лю Ланьяне человека с добрым сердцем.
«Мисс Лю не возражает?» — спросил Пэн Чжэнь.
«Судя по её поведению, она совсем не против. Неужели она не оставила нам с тобой места, чтобы мы могли поговорить о делах семьи Лю?» Бог-демон понял, что Лю Ланьян намеревается уйти после еды.
«Ох». Мысли Пэн Чжэня становились все более запутанными, и он невольно спросил: «А что, если мисс Лю не возражает?»