Цяо Ючу держала в руках теплый пластиковый стаканчик, долго колебалась, а затем, подняв на него взгляд, сказала:
«Тренер Ян, пожалуйста, остановитесь. Я... я хочу уйти на пенсию».
Янь Синьюань был ошеломлен.
«Это из-за вашей семейной ситуации? Я уже поговорил с руководством. Пока вы хотите играть, я сделаю все возможное…»
Цзянь Чаннянь, промокшая насквозь, побежала обратно под проливным дождем. Она собиралась побежать к Янь Синьюаню и попросить его уговорить Ши Аня, но как только она добежала до двери кабинета, то услышала разговор внутри.
Мальчик остановился, замер и выглядел несколько растерянным.
Цяо Ючу покачала головой с кривой усмешкой.
«Это не единственная причина. Если бы не эти семейные обстоятельства, я, вероятно, решил бы уйти на пенсию через год-два. У меня не так много таланта, и я недостаточно трудолюбив. Остаться в команде было бы только вредно для Шианя и сказалось бы на результатах команды. Кроме того, я не хочу ставить тебя в затруднительное положение».
«Как ты можешь называть это сложным? Ты моя напарница по команде, и как главный тренер, я, конечно же, должен бороться за каждую возможность для тебя играть. Кроме того, вы с Шиань так близки, а ты вот так просто завершила карьеру. Как ты думаешь, что она подумает? Где мы найдем для нее подходящего партнера по парному разряду за такое короткое время?»
Все знали, что они близки, и Цяо Ючу прекрасно понимала, что уже однажды отвергла Се Шианя. Решение снова уйти в отставку, несомненно, стало бы еще одним ударом, но у нее действительно не было другого выбора.
Цяо Ючу уставилась на свое запястье, ее глаза слегка покраснели.
«Честно говоря, с момента последней операции моя кисть невыносимо болит всякий раз, когда идет дождь. Я больше так не могу. Кроме того, моя мама теперь парализована и прикована к постели, и я не могу месяцами уезжать из дома на закрытые тренировки или ездить по всей стране на соревнования. Тренер Ян, я хочу... жить более спокойной жизнью».
Янь Синьюань было тяжело видеть её в таком состоянии.
«Мы можем обратиться к врачу и пройти реабилитацию по поводу вашей проблемы с запястьем. В конечном итоге это можно решить. Что касается финансовых трудностей вашей семьи, я могу обратиться в команду с просьбой о предоставлении вам дополнительных субсидий. Я понимаю, что это решение далось вам нелегко. Если вы действительно любите играть в баскетбол, не бросайте его».
Цяо Ючу встала, достала из сумки конверт и положила его на стол.
«Если бы я не любил бадминтон по-настоящему, я бы не продолжал заниматься им до сих пор. Но это правда, я больше не могу играть. Я пришел сюда сегодня, чтобы лично поблагодарить вас и извиниться. Это деньги, которые вы перевели мне в прошлый раз».
«Я был очень рад тренироваться и играть со всеми, и я обязательно вернусь, если у меня будет такая возможность».
После того как Цяо Юйчу закончила говорить, она слегка поклонилась Янь Синьюаню, повернулась и ушла. Как только она дошла до двери, она столкнулась с Цзянь Чаннянем.
Она криво усмехнулась. Теперь, когда дело дошло до этого, она не хотела больше ничего говорить. Кивнув собеседнику, она приготовилась уйти.
Цзянь Чаннянь сделала несколько шагов и остановила человека, с нетерпением ожидая ответа. Она спрашивала от своего имени и от имени Се Шианя.
«Сестра Ю Чу! Почему?! Почему вы ушли на пенсию?! Когда я только присоединилась к команде, мои результаты были на самом низком уровне. Именно вы меня поддерживали, тренировались со мной и говорили, чтобы я не сдавалась. Вы забыли?!»
«А Шиань тебя очень-очень любит. Вы вдвоем обещали выиграть чемпионат. Ты сказал, что будешь свидетелем каждого важного момента в ее жизни. Скоро Олимпиада. Как же ей должно быть грустно, если ты это сделаешь!»
Глаза мальчика были красными, а тон его — тревожным и торопливым.
Цяо Ючу схватила ее за плечи и подчеркнула свои слова.
«Чан Нянь, успокойся! Именно потому, что я считаю её подругой, я не могу её сдерживать. Только полностью отключив все мысли, она сможет сосредоточиться на игре в мяч без отвлечений. Иначе, как ты думаешь, почему она до сих пор в команде провинции Биньхай, учитывая её уровень мастерства!»
Цзянь Чаннянь вырвался из рук этого человека.
«Это потому, что она считает тебя другом, своим единственным другом, и даже больше, чем просто другом. Она не хочет тебя покидать!»
Закончив говорить, она понизила голос, в котором слышалась мольба.
«Сестра Ю Чу, если вы это сделаете, она будет очень расстроена...»
Рука Цяо Юйчу безвольно соскользнула с ее плеча, и она уныло произнесла.
«Я понимаю, но… как мне ей ответить? Моя собственная жизнь — сплошной бардак. Мне почти тридцать, и у меня нет никаких достижений, в отличие от вас, которые ещё так молоды».
«Чан Нян, я не вижу никакой надежды на этом пути, ты... понимаешь?»
Цзянь Чаннянь взглянула на Цзинь Шуньци, которая стояла неподалеку и молча наблюдала за ними, и у нее слегка защекотал нос.
«Вы когда-нибудь задумывались, что Шиань, возможно, никогда не понадобится ваш ответ? Она просто хочет тихо оставаться рядом с вами. У вас есть родители и семья, и доктор Цзинь, а у Шиань нет ничего».
«Сестра Ю Чу, в мире спорта есть спортсмены, которые выигрывали чемпионаты мира в тридцать лет. Вы так долго этим занимались, почему бы не попробовать еще раз? С того момента, как я присоединилась к тренировочной команде, вы заботились обо мне и давали советы. Я… не хочу, чтобы вы уходили».
Услышав это, Цяо Юйчу не смогла скрыть своей боли, и ее глаза мгновенно покраснели. Но что сделано, то сделано, и вернуться в прошлое уже не получится.
«Чан Нян, пожалуйста, не пытайся меня больше уговаривать. Я приняла решение. Я уже продала дом и перееду в ближайшие пару дней. После собеседования на визу в Пекине я отвезу свою мать за границу на лечение. На этой банковской карте деньги, которые Шиань перевела мне. Можешь отдать их ей».
Тем не менее, Цзянь Чаннянь понимала, что ее уход на пенсию предрешен. Она печально покачала головой и повернулась, чтобы уйти.
«Идите, если хотите, это дело между вами двумя».
Она сделала всего пару шагов, когда из офиса раздался сильный приступ кашля, сопровождаемый звуком падения чего-то тяжелого на пол.
Цзянь Чаннянь на мгновение опешилась, затем пришла в себя, в панике бросилась внутрь, распахнула дверь и подбежала к нему.
Янь Синьюань лежал на спине на земле, его лицо было мертвенно-бледным.
«Тренер Ян, что случилось?! Проснись, тренер Ян!»
Глава 92 Пробуждение
«Доктор, доктор, пожалуйста, скажите мне, что не так с тренером Яном!»
После того как пострадавшего доставили в больницу, Цзянь Чаннянь схватил врача за рукав и не отпускал, решив докопаться до сути дела.
Директор Чен взглянул на Янь Синьюаня, лежащего на больничной койке. Старика только что реанимировали, и ему ставили капельницу. Он слабо кивнул ему.
Все в комнате смотрели на него. Тренер Лян, услышав шум, тоже поспешил туда с тренировочной базы.
Директор Чен сказал это, не меняя выражения лица.
«Эмфизема — это хроническое заболевание, вызванное многолетним курением. С возрастом людям следует уделять ей больше внимания».
Услышав это, все трое вздохнули с облегчением.
Цяо Ючу тоже была там в тот момент. Услышав крик Цзянь Чанняня, она бросилась внутрь и вместе с Цзинь Шуньци успела вовремя доставить пострадавшего в больницу.
Ян Синьюань слегка улыбнулся, глядя на них.
«Я уже говорила, что со мной всё в порядке... кхм-кхм... Вы все так много суетитесь, я просто... в последнее время слишком устала... Мне просто нужен отдых».
«Тренер Ян, хорошо, что с вами всё в порядке. Вам следует поменьше курить. Уже поздно, поэтому мы вернёмся и придём к вам в другой день».
Цяо Ючу уже собиралась попрощаться, когда Янь Синьюань окликнул её. Он с трудом поднялся с кровати и серьёзно произнёс:
«Ю Чу, легко отказаться от того, что любишь, но потом неизбежно пожалеешь об этом. Если ты настаиваешь на выходе на пенсию…»
Ян Синьюань сменил тему и окликнул тренера Ляна.
«Старый Лян, ты принес этот бланк заявления?»
Тренер Лян кивнул.
«Я принёс это».
«Отдайте это Ю Чу».
Когда Цяо Юйчу взяла бланк заявления, она увидела, что это заявка от действующего игрока на должность помощника тренера. Казалось, он готовился к этому очень долго. Ее глаза тут же наполнились слезами.
"Тренер Ян..."
Ян Синьюань махнул рукой и с улыбкой сказал:
«Давайте, вернитесь и хорошенько всё обдумайте. Хотите ли вы играть в баскетбол или стать тренером, двери нашей провинциальной команды Биньхай всегда будут открыты для вас».
После их ухода директор Чен, казалось, не решался заговорить.
Янь Синьюань понял, что Цзянь Чаннянь хочет что-то ему сказать, поэтому он жестом подозвал Цзянь Чанняня к себе.
Цзянь Чаннянь наклонилась ближе, взяла его холодную руку в свою, и ее глаза слегка покраснели.
"Тренер Ян..."
Ян Синьюань поднял руку и коснулся ее головы; волосы у нее еще были мокрые.
«Глупышка, почему ты плачешь? Посмотри на меня, со мной все в порядке. Ты что, сегодня выходила на улицу без зонта?»
Цзянь Чаннянь кивнул.
«Эм.»
"Вы пошли искать Шианя?"
Затем Цзянь Чаннянь всхлипнула и улыбнулась сквозь слезы.
«От тебя ничего не скроешь».
«Ты всегда не скрываешь своих чувств. Как дела у Шианя в последнее время?»
Изначально Цзянь Чаннянь хотела попросить его о помощи и уговорить Се Шианя, но, увидев его в таком состоянии, она больше не хотела его беспокоить.
Тогда он улыбнулся и солгал, не заслуживая осуждения.
«Это здорово. Я могу каждый день высыпаться дома, пока сам не проснусь, мне не нужно тренироваться, и я могу играть в игры. Я бы и сюда не хотел приезжать».
Ян Синьюань поднял руку и ударил её по щеке.
«Что за чушь вы несёте? Игры разрушат вам жизнь. Как вы можете сидеть дома и играть в игры весь день? Рано или поздно вы себя погубите. Как только она оправится от травмы, ей следует как можно скорее вернуться в команду. Вы также стали рассеянными на тренировках в последнее время. Думаю, я давно вас не наказывал. Вы все жаждете получить по заслугам».
Цзянь Чаннянь высунула язык, выглядя немного смущенной.
«Хорошо, тренер Ян, вам нужно немного отдохнуть».
«Вам тоже следует вернуться. Примите душ и переоденьтесь, чтобы не простудиться. В следующий раз, когда будете выходить на улицу, не забудьте взять зонтик в солнечную погоду и побольше еды».
Когда дело дошло до просьбы попросить ее уйти, Цзянь Чаннянь отнеслась к этому несколько неохотно.
"Тренер Ян, я..."
«Иди, возвращайся. Ты ничем не сможешь здесь помочь. Я сам обо всём позабочусь за Лао Яня».
Тренер Лян также дал свой совет.
«Возвращайся и усердно тренируйся, не подведи меня», — сказал Янь Синьюань.
Затем Цзянь Чаннянь неохотно поднялся.
«Тогда я приду к тебе завтра снова».
На обратном пути дом Се Шиань находился недалеко от больницы, поэтому она специально поехала туда. Поднявшись по лестнице, она увидела, что пакет с закусками, который она принесла в полдень, все еще стоит у двери нетронутым.
Она не знала, почему ей захотелось её найти, но ей просто хотелось поговорить с ней, даже если между ними была дверь, и ей было всё равно, услышит её Се Шиань или нет, она просто разговаривала сама с собой.
«Шиань, тренер Ян в больнице. Врач сказал, что это эмфизема, и это довольно серьезно. Мы не знаем, когда ему станет лучше…»
«Я очень за него волнуюсь».
Се Шиань лежала на диване перед включенным телевизором. Рот актера то открывался, то закрывался, и она не понимала, что он говорит. Она просто безучастно смотрела на экран телевизора, а перед ней на журнальном столике беспорядочно валялась куча пивных банок.