La neige tombe et le vent souffle

Chapitre 141

У страны свои законы, а у семьи — свои правила.

Согласно правилу, переданному от предков семьи Сяо, если ученик семьи Сяо в шестнадцать лет не обладает потенциалом для совершенствования, он лишается права входить в Павильон Доу Ци для изучения техник совершенствования Доу Ци.

Затем их направили в различные семейные предприятия для управления семейными активами, и так закончились их оставшиеся годы.

Никто не сможет изменить это правило клана, даже глава клана Сяо Чжань!

Иными словами, если человек не станет Доу Чжэ до двадцати пяти лет, его не признают в семье Сяо!

Единственный выход — выгнать их, превратив в маргинальных членов семьи, лишив их всякой возможности продвинуться дальше в жизни.

Континент Доу Ци огромен и обладает богатой традицией культивирования Доу Ци. Здесь проживает множество могущественных личностей, и царит закон джунглей, что делает его кровавым и жестоким местом.

Для выживания и процветания семьи необходимо разработать стратегию оптимизации административной и кадровой работы. В противном случае, равномерное распределение ограниченных ресурсов между всеми членами семьи будет величайшей несправедливостью по отношению к тем, кто обладает исключительными талантами.

Для семьи единственная роль ученика, не обладающего талантом к самосовершенствованию, возможно, заключается в том, чтобы быть своего рода машиной для посева семян, отдавая оставшуюся энергию процветанию и развитию семьи.

Как могли Сяо Чжань и его сын не понимать этот принцип? Жаль только, что они оказались бессильны перед лицом клановых правил.

Сказав несколько слов утешения, Сяо Чжань повернулся и ушел, понимая, что Сяо Янь переживает внутренние конфликты и что, позволив ему справиться со всем в одиночку, он сможет повзрослеть.

«Не волнуйся, отец, я сделаю все, что в моих силах!»

Поглаживая старинное кольцо на пальце, Сяо Янь взглянул в сторону, куда исчез Сяо Чжань, затем поднял голову и что-то пробормотал себе под нос.

Время летит быстро, и ночь пролетает в мгновение ока.

Следующим утром, во внутреннем дворике Сяо Нина.

"вызов!"

Сяо Нин выдохнул застоявшийся воздух, открыл глаза и очнулся от медитации.

«Всего одна ночь практики принесла результаты, эквивалентные месяцу изнурительных тренировок в мире Небесного Меча и Драконьей Сабли — это ужасно!»

Встав с кровати, Сяо Нин сосредоточился и оглянулся, сделав поразительное открытие, от которого издал низкий рык.

«Если бы я остался в этом мире на десять или двадцать лет, посвятив себя неустанному совершенствованию, какого уровня я бы достиг?»

Ух ты! Одна мысль об этом заставляет мое сердце трепетать!

На лице Сяо Нина мелькнуло легкое волнение.

После отбытия тюремного срока он осознал важность силы и влияния. Если бы он обладал нынешним уровнем мастерства в боевых искусствах уровня Великого Мастера или имел мощную поддержку, он мог бы действовать тайно, не вызывая критики у окружающих и не оставляя никаких улик, которые могли бы быть использованы против него, тем самым избежав этого несчастья.

Однако несчастье может оказаться скрытым благословением, а благословение может оказаться скрытым несчастьем!

Именно пережитые в тюрьме испытания помогли Сяо Нину по-настоящему осознать себя и изменить свои прежние высокомерные и властные манеры.

Как говорится, "Упадешь в яму — приобретешь остроумие!"

В настоящее время Сяо Нин предпочитает действовать осторожно и выживать, не проявляя безрассудства, пока не станет непобедимым.

«Интересно, как мой уровень развития соотносится с боевой ци, или я узнаю это только после боя?»

В голове Сяо Нин мелькнула мысль, и ей показалось, что сегодня, похоже, самый подходящий день для того, чтобы главный герой Сяо Янь расторгнул помолвку. Этот захватывающий сюжет нельзя было пропустить!

«Кстати, эта фраза, распространившаяся по бесчисленным мирам и вдохновившая множество людей на её подражание, кажется, сегодня была произнесена Сяо Янем, не так ли?»

Подумав об этом, Сяо Нин больше не мог сидеть на месте. Он вышел из двора и направился в зал семейного совета.

Зал был очень просторным, и внутри находилось довольно много людей. Во главе стола сидели Сяо Чжань и трое равнодушно выглядящих стариков. Это были старейшины клана, чья власть уступала только власти вождя клана.

Слева от четверых сидели влиятельные и могущественные старейшины семьи, а рядом с ними – несколько выдающихся молодых учеников.

По другую сторону сидели трое незнакомцев, предположительно, главные второстепенные персонажи сегодняшней сцены.

Увидев Сяо Нина, люди, сидевшие на стульях, стали выглядеть по-разному: одни — спокойными, другие — располагающими, а третьи — погруженными в размышления.

Сяо Нин подошел прямо к Великому Старейшине, поклонился ему лишь формально, а затем замер.

«Нинъэр здесь!»

Первый старейшина улыбнулся и погладил свою длинную бороду. Уровень совершенствования Сяо Нина, который он демонстрировал публично, составлял восьмую ступень Доу Ци, что считалось высшим уровнем среди членов семьи Сяо. Поэтому он пользовался большой симпатией у этого приемного деда.

После обмена вежливыми приветствиями Сяо Нин поднял глаза и увидел, что среди трех незнакомцев был старик в белоснежной одежде.

У старика на лице была широкая улыбка, и он выглядел очень энергичным. Его маленькие глаза время от времени вспыхивали пронзительным светом.

На груди одежды старика был нарисован полумесяц, окруженный семью сверкающими золотыми звездами.

«Это старейшина секты Юньлань по имени Гэ Е? Это сила мастера Семизвёздного Великого Доу? Кажется, это вполне обычное явление!»

Сяо Нин вспомнил о разделении уровней совершенствования в оригинальном произведении, а затем сосредоточил свой разум на ощущении боевой ци-зоны в теле старика, что его очень озадачило.

Рядом с Гэ Е сидела молодая пара, оба одетые в одинаковые белоснежные одежды.

Этому мужчине было около двадцати лет, у него было красивое лицо и высокий, хорошо сложенный рост, что делало его весьма обаятельным.

Конечно, самое важное — это пять золотых звёзд, нарисованных у него на груди, которые символизируют силу этого молодого человека, подобную силе пятизвёздочного Доу Чжэ!

Сяо Нин давно забыл, как звали этого второстепенного персонажа.

Он мельком взглянул на статиста, а затем перевел взгляд на девушку.

Внешность девушки была даже прекраснее, чем у Сяо Мэй. На ее изящной мочке уха висел кулон из зеленого нефрита, который при легком покачивании издавал приятный скрипучий звук, внезапно открывая в ней нотку благородства.

Кроме того, рядом с маленькой, развивающейся грудью девушки золотой нитью нарисованы три золотые звезды, символизирующие то, что её сила уже соответствует уровню трёхзвёздного бойца.