Кого еще ты могла бы любить, кроме меня - Глава 24
«Уважаемые поэты и литературные гиганты, я хочу подружиться с вами через поэзию. Все, кто желает выйти на сцену, пожалуйста, сделайте это!» Его слова выдавали высокомерие и заносчивость учёного.
Площадка была заполнена людьми, все шумели, но никто не осмелился бросить ему вызов. Человек на сцене стал еще более высокомерным, оглядываясь по сторонам. Внезапно он увидел, что Тянь Сири смотрит прямо на него, и громко сказал: «Брат, пожалуйста, подойди и поговори со мной».
Си Ривэй, стоя в стороне с выражением предвкушения на лице, прошептал: «Юй Ди, почему бы тебе не подойти и не попробовать?»
Си Ри поспешно покачал головой и горько усмехнулся: «Нет, нет, я просто буду наблюдать отсюда. Я не какой-то учёный и не кандидат на императорские экзамены».
«Тсс…» — сказал Налан сбоку. — «Брат Ю, не говори, что ты не Джурен (успешный кандидат на императорских экзаменах), иначе тебя выгонят эти высокомерные Джурены. Они ненавидят, когда люди, не сдавшие экзамены в этом году, приходят и устраивают беспорядки. Брат Ю, тебе следует уйти. Тебе всё равно, выиграешь ты или проиграешь».
Мужчина продолжал пристально смотреть на нее, а толпа вокруг указывала на нее пальцами и смеялась, насмехаясь над ней за то, что она боится.
Мужчина громко рассмеялся: «Брат, ты выглядишь очень привлекательно, почему ты ведёшь себя как застенчивая молодая леди? Ха-ха, ты что, недостаточно хорош для такого случая?»
Услышав это, лицо Си Ри помрачнело, а Фу Цзинь ещё больше разозлился, крикнув на девушку на сцене: «Эй, следи за своим языком! Как ты смеешь говорить, что мой Юй Ди похож на молодую леди!» Он толкнул её: «Давай, чего ты боишься? Юй Ди покажет ему, на что ты способна».
Он оставался нерешительным и колеблющимся.
Мужчина громко рассмеялся, указал на Ксири и сказал: «Все, посмотрите на него, разве он не похож на молодую женщину?! Ха-ха...»
Все присутствующие разразились смехом, увидев необычайно привлекательную внешность Тянь Сири. Фу Цзинь, раздраженный, сказал Тянь Сири: «Брат Юй, иди и сразись с ним, покажи ему его высокомерие!»
Япония на мгновение заколебалась, но человек на сцене был настолько саркастичен и неразумен, что она почувствовала прилив гнева и вышла на сцену.
Выйдя на сцену, Си Ри, сложив руки в знак приветствия, сказал: «Меня зовут Ли Юй. Пожалуйста, просветите меня, молодой господин».
Мужчина не стал церемониться и сразу же сказал: «Я произнесу первую строчку, а вы — вторую».
Си Ри сказал: «Пожалуйста».
Мужчина сказал: «Я был так пьян, что даже не заметил, как закончился день».
Си Ри на мгновение задумался и сказал: «Иногда я смотрю на одинокое облако высоко в небе».
"Отлично!" — снизу раздался хор ликующих возгласов.
Затем мужчина сказал: «С первого звука все животные замолчали».
В другой день он сказал: «Четыре сиденья молчат, и звезды тускнеют».
"Великолепно! Замечательное стихотворение!" — восклицали со всех сторон.
Мужчина слегка покраснел и поспешно произнес: «Мимо пролетают сережки ивы, каждая из которых — красный лепесток».
Си Ри был ошеломлен.
Снизу раздался хор неодобрительных возгласов.
Фу Цзинь крикнул со сцены: «Какие ивовые сережки красные? Вы явно ведете себя неразумно».
Мужчине, похоже, было все равно. Он сложил руки ладонями и самодовольно улыбнулся людям внизу, сказав: «Мои ивовые сережки красные, посмотрим, что он скажет».
Си Ри нахмурилась, немного подумала и сказала: «Заходящее солнце освещает деревню Персиковых Цветов». Заходящее солнце освещает ивовые сережки, поэтому они, естественно, кажутся красными.
«Превосходно! Превосходно! Превосходное стихотворение!» Зал разразился аплодисментами и ликующими возгласами.
«Брат Ю — потрясающий!» — громко воскликнул Фу Цзинь.
«Спасибо, спасибо». Си Ри поблагодарила людей, стоявших под сценой, и уже собиралась уйти, когда мужчина преградил ей путь, сказав: «Раз вы победили, я сниму свою одежду и отдам вам». Не дожидаясь ответа Си Ри, он тут же разделся. Хотя было уже конец лета, последние несколько дней стояла сухая и необычайно жаркая погода, поэтому люди выходили на улицу в очень легкой одежде. Си Ри была одета только в верхнюю одежду, и мужчина, очевидно, не был исключением.
Увидев, как он собирается раздеться и отдать ей одежду, она смутилась и сказала: «Не нужно, юный господин, вы должны сами надеть эту одежду. Я недостойна её принять».
Услышав это, мужчина резко взмахнул густыми бровями и сердито возразил: «Вы что, не знаете правил? Проигравший должен раздеться и отдать свою одежду победителю. Проигрыш есть проигрыш, а победа – это победа. Вы что, смотрите на меня свысока?!»
Что? Си Ри на мгновение опешила. Как могло существовать такое странное правило? Она вдруг посмотрела вниз на Налана, стоявшего под сценой, и увидела, как он кивнул, его глаза говорили ей, что такое правило действительно существует. Си Ри почувствовала легкое головокружение. Глядя на мужчину, сверлящего ее взглядом, и на крики недовольства толпы внизу за нарушение правил, Си Ри наконец с тяжелым сердцем приняла верхнюю одежду мужчины. Мужчина повернулся и ушел.
Си Ри тоже хотела сойти со сцены, но как только она это сделала, её остановил кто-то, кто сказал: «Молодой господин, вы действительно кандидат на участие в экзамене? Разве вы не знаете, что победитель не может сойти со сцены, если не проиграет или не добьётся победы до часа Ю (с 5 до 7 вечера)?»
"Что...?" Услышав это, Си Ри посмотрела на Налана и Фу Цзиня, стоявших внизу. Налан кивнул и улыбнулся, а Фу Цзинь самодовольно кивнул ей в ответ, выражая свою признательность и одобрение. Си Ри вдруг почувствовала сильное сожаление. Зачем она пришла сюда без всякой причины? Теперь она застряла, не в силах двигаться ни вперед, ни назад.
До заката оставалось еще больше часа, и она не могла позволить себе проиграть за такой долгий срок. Она ни за что не осмелится раздеться перед всеми кандидатами, ни при каких обстоятельствах.
Так она и думала, но это были лишь её несбыточные мечты. Среди этой группы учёных было много скрытых талантов, и всегда находились люди, способные больше неё. Сможет ли она успешно пройти это испытание сегодня, оставалось неизвестным. Теперь ей оставалось лишь двигаться шаг за шагом.
На вопрос окружающих Си Ри улыбнулась и сказала: «Брат, я просто хотела временно оставить этот трофей у своего друга». Она подняла одежду в руке и указала на Фу Цзиня. Фу Цзинь самодовольно улыбнулся, увидев, как Си Ри указывает на него и просит помочь с хранением трофея. Он тут же радостно подошел, взял одежду из рук Си Ри и с улыбкой сказал: «Брат Ю, молодец!»
Тогда я мог лишь горько улыбаться.
Затем они соревновались в игре на цитре, каллиграфии и чтении стихов. К счастью, удача была на его стороне, и он каждый раз с небольшим отрывом побеждал.
Как раз когда холодный пот на его лбу начал сходить, и он с радостью предвкушал приближение сумерек, в вестибюле башни Цуйфэн внезапно появился человек. Он был одет в белое, в руке нежно размахивал синим складным веером. Как только он вошел в зал, он мгновенно привлек всеобщее внимание. Он равнодушно оглядел всех присутствующих кандидатов, демонстрируя необычайную самоуверенность. Его взгляд остановился на сцене, а уголки губ слегка изогнулись в улыбке.
Подняв глаза, Си Ри почувствовала, будто кто-то злонамеренно переместил палящее солнце в Цуй Фэн Ло. У нее закружилась голова, и зрение затуманилось. Она невольно закрыла лоб руками и застонала от боли. Зачем Богу мучить ее таким образом? Лун Мин, Лун Мин, зачем вы пришли именно сейчас?
В башню Цуйфэн переместилось не только солнце, но и луна, и после Лунмина в башню Цуйфэн вошла и Минлу.
Однажды я вдруг почувствовала, что мне сразу стало жарко, а потом снова стало холодно. Никогда прежде я не испытывала такого дискомфорта.
×××××××××××
Простите, что заставила вас всех ждать, ^_^, наконец-то появился мальчик Лунмин.
Экзаменационный зал перед осенними императорскими экзаменами (Часть 2)
Когда Минлу впервые увидел её на сцене, он был немного удивлён. К сожалению, она, казалось, не смотрела на него. Её взгляд был прикован к мужчине перед ним, а выражение её лица было сложным. Минлу, заинтригованный, направился прямо к сцене. Оглянувшись назад, он не мог не быть слегка ошеломлён.
Увидев, как Минлу смотрит на него в оцепенении, Лонг Мин почувствовал легкое самодовольство. Он спокойно улыбнулся и снова перевел взгляд на сцену, где увидел Тянь Сири с выражением полного недоверия. Его зубы были слегка торчали, рот был широко раскрыт, а на лице — стандартная ухмылка и пустой взгляд. Он рассмеялся.
Она всё та же, что и прежде; каждое её выражение лица и каждое движение легко могут рассмешить его.