Цинь Чу не мог понять поведение этих подростков.
К всеобщему удивлению, Ной ответил с не меньшим энтузиазмом: «Мне тоже страшно!»
Цинь Чу недоуменно спросил: «Чего ты боишься?»
«Ура, сэр! Это ваш первый тест, и его результат имеет решающее значение для нашей безопасности. Боюсь, если ваша репутация будет испорчена... эта старая штука, называемая «Главным мозгом», которая постоянно пытается прорваться через мой брандмауэр, точно не оставит меня в покое!»
Цинь Чу почувствовал себя оскорбленным.
Стоит ли беспокоиться по поводу экзамена такого уровня?
Издалека послышался стук высоких каблуков, учительница английского языка распахнула дверь класса и вошла. Ученики первого класса перестали притворяться, и утреннее чтение погрузилось в тишину.
Учитель английского языка был одновременно удивлен и раздражен: «О, это серьезное приветствие или выражение скорби по себе?»
Кто-то тихонько промычал "Ай-ай-ай", и весь класс мгновенно погрузился в траур.
Учитель английского языка подошел к трибуне: «Хорошо, сейчас вам не до занятий, давайте поговорим о последнем экзамене. Я очень разочарован вашими результатами. Должен сказать, вы все…»
«Я преподавал худшим ученикам». Цинь Чу безучастно смотрел на знакомую картину, мысленно отвечая на нее.
Ной также сказал: «Данные показывают, что почти каждый учитель говорил подобные вещи каждому классу учеников за свою педагогическую карьеру».
Когда Цинь Чу только поступил в военную академию, один из его преподавателей особенно любил это говорить, и после этих слов он всегда спрашивал собеседника, согласен он с этим или нет.
В то время Цинь Чу был молод и импульсивен. Когда учитель вызвал его к себе, он выпалил: «Почему бы тебе не задуматься о себе?»
В результате у пожилого учителя чуть не случился сердечный приступ.
Мои мысли на мгновение отвлеклись, а когда я вернулся, учитель английского языка на кафедре уже начал доставать контрольную работу, чтобы ее раскритиковать.
«Некоторым ученикам в нашем классе не стоит легкомысленно относиться к экзаменам только потому, что они обычно получают хорошие оценки. Подумайте вот о чём: считаете ли вы, что заслуживаете своих обычных хороших оценок и на этот раз?»
Услышав эти слова, Чжоу Сиси почувствовала, будто речь идёт о ней.
Она опоздала на экзамен по китайскому языку и пропустила его. Следующий экзамен был по английскому, и она так сильно нервничала, что плохо сдала. Когда учительница английского отчитала её, Чжоу Сиси чуть не уткнулась головой в парту.
Чжао Юань всегда держался в тени, поэтому ничто не казалось ему подозрительным.
Что касается Цинь Чу, который также оказался в центре скандала во время этого экзамена, он посчитал, что эти слова к нему не имеют никакого отношения.
Ной скачал «языковой пакет». Некоторое время у него болела голова из-за древних стихов на экзамене по китайскому языку, но Цинь Чу чувствовал, что у него нет проблем с ответами на простые языковые вопросы, такие как английский.
Учительница английского языка снова взяла контрольную работу и, еще больше огорченная, взглянула на нее. Она ударила рукой по столу и сказала: «Это самая возмутительная контрольная работа по английскому языку, которую я когда-либо видела за свою преподавательскую карьеру. Вся работа — это провокация для всех учителей английского языка».
Чжоу Сиси еще сильнее опустила голову, и даже Чжао Юань, услышав это, слегка приподнял голову.
Весь класс затаил дыхание, опасаясь, что контрольная работа, которую ругали полчаса, досталась именно им.
«Я знаю, что некоторые из вас, парни, любят математику, физику и химию, и вы часто придумываете что-то вроде: „Не учить английский — это патриотично“».
А? Мальчик? Чжоу Сиси была ошеломлена.
Цинь Чу молча перевел взгляд на Чжао Юаня.
В этот момент учитель английского языка с печальным выражением лица сказал: «Тогда позвольте мне спросить Чэн Чэна: ваш патриотизм проявляется в том, что вы отвечаете на экзаменах по английскому языку на китайском?»
Глава 8, Первая история (6)
Во время утреннего чтения коридоры наполнялись звуками чтения вслух, издававшими ученики.
Только один класс хранил полную тишину.
Свет проектора отражался от лиц каждого ученика. Прежде встревоженные малыши теперь вытягивали шеи, превращаясь в наблюдателей, их глаза сияли, когда они смотрели на уникальный бланк контрольной работы по английскому языку на экране.
Учитель английского языка намеренно переключился на последнюю часть экзаменационного листа, где весь экран был заполнен совершенно безудержными китайскими иероглифами.
Цинь Чу стоял в задней части класса, его лицо потрескалось от холода, левая рука крепко сжимала ручку, представляя, что это истинный облик Ноя.
Языковой пакет, это тот языковой пакет, который скачал Ной.
Лазерная указка коснулась оценки за эссе. Учительница английского языка сделала глоток чая и, стараясь сохранять спокойствие, спросила: «Вы знаете, почему вы не получили ноль за свое эссе?»
Цинь Чу: "Я не знаю."
Учитель английского языка указал на строку текста: «Поскольку вы так элегантно написали эти слова, экзаменатор не смог определить, что это китайский текст, и подумал, что это какой-то особый английский шрифт».
В тот же миг в классе раздался сдавленный смех.
После непродолжительного наблюдения у учителя английского языка разболелась голова: «Я слышал, что ваш учитель китайского языка заставлял вас тренировать почерк с прошлого семестра, и теперь, похоже, вы действительно этим занимаетесь. Теперь он стал еще хуже».
Цинь Чу: «...»
Он некрасивый? Просто он не привык к тому, как пишется китайский язык!
«Хорошо, Чэн Чэн, все твои ответы верны, и понимание прочитанного тоже на высоте. Скажи, почему ты отвечал на вопросы по-китайски?» После недолгой шутки учитель английского языка спросил несколько серьёзно.
Почему? Потому что языковой пакет, который скачал Ной, был пиратским.
В ответ на вопросы учителя эта знакомая сцена воскресила в памяти образ Цинь Чу, проблемного ученика из прошлого, более десяти лет назад.
Искренние извинения были исключены. После долгого молчания Цинь Чу ответил с холодным, непоколебимым выражением лица: «Брось себе вызов».
"пых..."
Не в силах больше сдерживаться, весь класс разразился смехом.
Несмотря на их решимость держаться подальше от зрителей, в этот момент, в этой сцене, несколько студентов в первом ряду не смогли сдержать смех и показали большой палец вверх тем, кто сидел позади них.
Учительница английского языка чуть не упала с трибуны от злости. Она с силой ударила рукой по столу, пытаясь сдержать смех: «Вы бросаете вызов себе или сердцем экзаменатора?»
Затем учитель английского добавил: «Ты так способен получать однозначные оценки по английскому, почему ты не проверил свои силы в математике и вместо этого не получил высший балл?»
В тот же миг класс снова наполнился удивленными возгласами.
Черт, эта тема настолько несбалансирована, что это просто невероятно.
Цинь Чу совершенно не интересовался математикой; все его мысли были заняты тем, как разорвать Ноя на куски.
В результате этого теста учительница английского языка посчитала, что Цинь Чу в последнее время слишком расслабился, осмелившись отпустить такую большую шутку на экзамене, поэтому она поменяла ему парту, чтобы он мог чему-нибудь научиться.
Во время перерыва, еще до того, как Цинь Чу успел освоиться на новом месте, он подвинул свой стол к Чжао Юаню.
Учитель английского языка считал, что Чжао Юань — воспитанный и честный ученик, что делает его подходящим кандидатом для обучения у Цинь Чу.
Бедный Ван Пэн, после того как изгнал Цинь Чу, был вынужден поменяться с ним местами, переместившись в заднюю часть класса и оставшись совсем один. Когда он проносил свою парту мимо Цинь Чу, тот всё ещё сверлил его взглядом.
Цинь Чу проигнорировал это; в любом случае, громкоговоритель продолжал вещать, и худшее, что могло случиться, это то, что они увидят его у задних ворот школы.
Но на этот раз, вопреки ожиданиям Цинь Чу, Ван Пэн долго смотрел на него, а затем внезапно указал на него пальцем и выпалил: «Ты… не думай, что я прощу тебя только потому, что ты это сделал!»
Эта фраза, напоминающая мелодраматический телесериал, совершенно озадачила Цинь Чу.
Этот парень что, с ума сошёл? Да простите его, блин!
«Простите». Цинь Чу взглянул на него и продолжил перемещать стол вперед.
Он только что расставил свой стол и даже не успел передвинуть книги, как поднял глаза и увидел Чжоу Сиси. Девушка несла стопку книг, выглядела довольно измученной, подошла и просто положила их на сиденье Цинь Чу.
Чжоу Сиси подняла на него взгляд, затем снова посмотрела на него и наконец сказала: «Ты… я знаю, что неправильно поняла тебя тем утром, и я должна… спасибо. Но! Если бы ты этого не сделал, ты мог бы объяснить. Зачем ты намеренно плохо сдал тест по английскому, чтобы доказать, что не хотел занять первое место?»
Сказав это, девочка встряхнула хвостиком, повернулась и убежала, бросив Цинь Чу слова: «Детство!»
Цинь Чу был полон вопросов.
Он наивен?
«Что происходит с этими одним или двумя?» — невольно спросил Цинь Чу у Ноя про себя.
Ной, допустивший ошибку, осторожно высунул голову: «Они думают, что ты намеренно плохо сдал один предмет, чтобы честно соревноваться и оставаться на одном уровне с Чжоу Сиси и Чжао Юанем».
Цинь Чу: «...»
Они могут вот так просто оттолкнуть человека и вот так же просто простить его.
Действительно, нет на свете существа, с которым было бы сложнее иметь дело, чем человеческий младенец.
Раз уж зашла речь об этом, Цинь Чу вспомнил, какой беспорядок устроил Ной: «Поскорее скачай языковой пакет. Ты что, ожидаешь, что я буду использовать китайский на следующем экзамене?»
Ной, с обиженным видом, сказал: «Я очень старался скачать его, но всё, что у меня получилось, — это обычный язык этого мира. Английский — это высокий уровень владения языком. Если вы понимаете его без проблем, сэр, то это уже неплохо…»
Цинь Чу: "И что же нам тогда делать?"
Тон Ноя был крайне подобострастным: «Я слышал, что у вас отличные способности к обучению, сэр. Почему бы вам не попробовать?»
Цинь Чу хотелось просто раздавить Ноя и бросить его в главный компьютер, чтобы тот сварил суп. Неужели эта дурацкая система на самом деле не шпион, посланный врагом? А теперь она хочет, чтобы он заново выучил язык?
Пальцы Цинь Чу потрескивали, и он уже собирался снова накричать на Ноа, когда внезапно почувствовал холод на тыльной стороне ладони. Посмотрев вниз, он увидел, как его новый сосед по парте тыкает его своими длинными, тонкими пальцами.
«Что вы делаете?» Генерал Цинь был в плохом настроении, и его тон стал еще более ледяным.
Как только он открыл рот, пальцы Чжао Юаня дважды странным образом задрожали.
Цинь Чу: "..." Как такой робкий человек может прожить такую долгую жизнь?
Под взглядом Цинь Чу Чжао Юань наконец тихо произнес: «Одноклассник, карандаш в твоей руке мой».
Цинь Чу поднял бровь, и прежде чем он успел собраться с силами, карандаш с треском сломался пополам.
Чжао Юань: «...»
Ной, этот идиот, в самый подходящий момент вмешался: «Боже мой, сэр, в прошлый раз вы украли у кого-то электросамокат, а на этот раз украли ручку и даже сломали её!»
Они сидели молча, а между ними на столе лежал жалкий карандаш.
Даже сам Цинь Чу воспринял эту ситуацию как угрозу.
Цинь Чу был немного раздражен.
Какой же это бардак.
Изначально он думал, что сидение рядом с Чжао Юанем поможет ему выполнить задания. Но теперь, похоже, этот парень, скорее всего, до смерти испугается его перед вступительными экзаменами в колледж.
Прежде чем Чжао Юань успел продолжить дрожать, Цинь Чу отшвырнул свой пенал: «Вот, держи».
Затем Цинь Чу наблюдал, как мальчик «осторожно» открыл свой пенал, осмотрел несколько ручек Цинь Чу и, наконец, достал небольшой нож, чтобы заточить сломанный карандаш на столе и продолжить им пользоваться.
Закончив пользоваться ножом, он вежливо вернул его, словно протягивая обе руки.
Эти события заставили сердце Цинь Чу сжаться от боли. Он хотел что-нибудь сказать, чтобы разрядить обстановку, но генерал Цинь не умел в таких делах, поэтому ему оставалось только отвернуться и проигнорировать всё происходящее.
Ной мысленно пробормотал Цинь Чу: «Сэр, это очень просто. Вам нужно всего лишь улыбнуться своему соседу по парте и пошевелить мимическими мышцами. Это очень просто для любого человека…»
Цинь Чу был крайне раздражен: "Заткнись".