Древние и чудесные искусства

Глава 44

Старый игрок усмехнулся: «Разве вам не нужны были доказательства? Вот мои доказательства. Цучимори, разве вам тоже не любопытно узнать о моем прошлом?»

Цучимори по-прежнему не двигал головой, глядя в землю.

Хотя улыбка Ту Шорена уже не была такой естественной, он все еще улыбался и говорил: «Я весь внимание».

Старый игрок медленно произнес: «Я — восьмая игра, которую вы все так ждали!»

Услышав это, Ту Шоурен и старый игрок неподвижно уставились друг на друга. Спустя долгое время они вдруг улыбнулись, но вместо слов посмотрели на главу семьи Ту — Ту Шоусина.

Цучимори наконец поднял голову и долго смотрел на него, его взгляд был полон тоски. Он медленно произнес лишь одну фразу: «Я наконец-то тебя ждал!»

В одно мгновение выражения лиц, движения и мысли всех присутствующих словно застыли навечно, в мгновение ока.

Глава 4, Часть 8: Преемник Божественного И (Часть 1)

Как изобретательное использование огня и земли привело к появлению причудливых горных техник?

Какова история внезапного появления восьмой игры?

В чём именно заключается смысл последних слов Цутимори?

В тот последний миг, когда все замерли, без раздумий и рассуждений, в их головах промелькнули лишь три вопроса.

"Хе-хе, наконец-то я этого ждал..."

В гнетущей тишине, которая едва не сдавливала человека, старый игрок горько усмехнулся и молча процитировал последние слова Цучимори: «Я наконец-то ждал тебя, но ты не знаешь, что я тоже ждал тебя!»

В разгар всеобщего изумления и недоумения старый игрок наконец рассказал свою последнюю историю.

Старый игрок сказал: «Все помнят братскую могилу из ста костей в деревне Огнеходца, верно? Многие, должно быть, задавались вопросом, почему её так основательно уничтожили за одну ночь, не предупредив другие деревни. Как некоторые и предполагали, это произошло потому, что она действительно была последней, которую уничтожили!»

Чаогэ, Лянку, тетя Ван, Агуан, Сяоцин и Сяолин слушают.

Они перестали думать и просто слушали. Только услышав всю историю, они смогли ясно понять ситуацию.

Ту Шоусин, Ту Шоурен и все члены семьи Ту ждут.

Казалось, они перестали думать и просто ждали. Как будто только после того, как старый игрок закончит рассказывать последнюю часть своей истории, они действительно примут одно и то же.

Старый Игрок: «Знаете, почему клан Огня был последним, кто вымер? Хе-хе, никто бы и не подумал, что это произошло потому, что после отъезда Люцзя Сюня клан Земли взял на себя инициативу и начал массовые межклановые браки с кланом Огня».

«Хотя клан Пяти Элементов и клан Шести Цзя Сюнь изначально имели общее происхождение, за двести лет от династии Мин до династии Цин они превратились в независимые деревни. Поэтому междоусобные браки между этими деревнями не были случайностью. Однако брачный союз клана Земли на этот раз был частью масштабного заговора!»

Слова старого игрока напомнили Чаоге и остальным о том, что произошло, когда они обнаружили трупы в руинах деревни Хуосин.

Среди многочисленных предположений старый игрок вдруг, почти в шутку, заметил, что при таком количестве трупов семьи убитых и убийц, вероятно, являются родственниками.

Теперь, когда я об этом думаю, кажется, что каждое слово старого игрока было полно скрытого смысла, но я до сих пор не понимаю, к чему ведет этот грандиозный заговор.

Старый игрок сказал: «Потому что прежде чем клан Земли начал готовиться к истреблению других кланов, у них было опасение: среди четырех кланов — металла, дерева, воды и огня — они меньше всего были уверены в своих силах уничтожить клан Леса».

«Потому что в теории Пяти Элементов Дерево побеждает Землю. Хотя в принципе, каждая из пяти стихий обладает своими сильными сторонами и может дополнять друг друга в борьбе, как только начинается противостояние, если у них нет преимущества во времени и месте, побежденная сторона окажется в невыгодном положении».

«Поэтому клан Земли решил заключить брак с кланом Огня на территории всей деревни. Таким образом, поскольку клан Огня проходил через это место, клан Леса не представлял угрозы».

Термин «соединение» — это термин из теории пяти элементов, означающий объединение двух взаиморазрушительных (или несовместимых) элементов, чтобы предотвратить их столкновение. Например, в теории пяти элементов дерево управляет землей. Если вы хотите предотвратить серьезный конфликт между деревом и землей, когда они находятся вместе, вы должны поместить между ними огонь.

Поскольку огонь может ослабить древесину, а ослабленный огонь затем порождает землю, земля больше не боится быть скованной древесиной.

Когда сталкиваются два построения, тот, кто овладеет проходом, получит ключ к победе.

Поскольку все присутствующие, кроме Лян Ку, были экспертами в гадании, старый игрок лишь вскользь упомянул тему передачи эстафеты.

Старый игрок продолжил: «Таким образом, во время массовых межбрачных союзов, клан Земли украл у клана Огня технику преобразования массива ладони, изучил и использовал её. Хотя судьбы каждого клана были несколько ограничены, не позволяя им практиковать технику преобразования массива вместе, клан Земли неожиданно обнаружил, что, совершая, казалось бы, невероятные обмены, они могут создать ужасающую и причудливую технику, похожую на гору».

«Народ Ту был вне себя от радости. Эта странная магия, напоминающая горную магию, могла не только одерживать неожиданные победы, но и не оставлять следов в битвах, которые могли привести к истреблению целого клана».

«Бедный клан Огня, пребывавший в неведении, всё ещё чувствовал себя счастливчиком, думая, что его не затронули тайные распри кланов. Они и не подозревали, что по мере того, как кланы Пяти Стихий уничтожались один за другим, к ним медленно приближался самый страшный кошмар».

Внимательно слушая, каждый изо всех сил старался контролировать свои мысли.

Потому что на них нельзя влиять никаким заговором, пока они точно не убедятся в том, что произошло, иначе они потеряют способность делать взвешенные суждения.

Для Лян Ку слушание историй может быть приятным занятием, но для Чао Гэ и других, привыкших к сложным предположениям, это мучительный опыт.

Старый игрок сказал: «После того, как элементы металла, дерева и воды были уничтожены один за другим, люди земли наконец обратили свое внимание на людей огня, которые изначально были связаны брачными узами».

Выражение лица старого игрока внезапно стало сложным.

Взгляд Чаоге был прикован к нему, и трудно было описать, какое именно выражение лица он выражал. В нем сочетались меланхолия и что-то еще, словно боль и растерянность.

Старый игрок сказал: «На самом деле, когда два клана впервые заключили союз посредством брака, клан Земли, хотя и руководствовался личной выгодой, со временем неизбежно проникся чувствами друг к другу…»

Затем он снова замолчал.

Старый игрок предстал перед нами с беспрецедентно трагичным и безутешным выражением лица: «Если бы восьмую партию в шахматы было так же легко украсть, как секретную технику Огненного клана, возможно, Огненный клан избежал бы этой катастрофы».

«Но... восьмая шахматная партия, оставленная Шэнь И, как и у других рас, тайно контролировалась вождем каждой расы, поэтому в конце концов Земная раса решила принять меры».

«Именно потому, что три других клана перестали представлять угрозу, клану Землян пришлось спрятаться или ждать. Они собрали все свои силы и ради восьмой игры внезапно, за одну ночь, начали жестокое нападение, не проявляя никакого уважения к возрасту или родству…»

Голос старого игрока слегка дрожал: "...Вот почему вам всем посчастливилось увидеть столько озлобленных трупов, оставленных в яме руин".

Убийство тестя мужем, убийство жены мужем, убийство женщины мужчиной, убийство ребенка стариком — никто не смеет представить, какой это была бы человеческая трагедия.

Все изо всех сил старались сдержать эмоции, не в силах представить, что если слова старого игрока окажутся правдой, то клан Землян действительно будет виновен в чудовищных преступлениях.

Произнеся эти слова, странный старый игрок не только не выказал ни скорби, ни негодования, но, напротив, выглядел несколько глубоко виноватым.

После долгого молчания старый игрок продолжил: «В конце концов, не в силах причинить вред собственной семье, человек по имени Ту Чуаньши из клана Земли в последний момент рискнул жизнью, чтобы спасти семью своего тестя в деревне Огня. А его тестем был не кто иной, как глава клана Огня».

«Это поистине странный поворот судьбы. Этот Ту Чуаньши был не кто иной, как старший сын тогдашнего вождя племени Туцзя. Хотя он рисковал жизнью, чтобы спасти его, во время прорыва он оказался в меньшинстве, и в итоге выжили только он и его молодая жена».

«С тех пор эта пара, прошедшая вместе через многое, совершила самое трагическое бегство в мире, взяв с собой восьмую шахматную партию, оставленную вождем Огнеходцев перед его смертью».

Никто не понимает трудностей побега от жизни лучше, чем тетя Ван, сестры и А-Гуан. Но они не знают, что супруги Хо-Ту, обремененные восьмой шахматной партией, страдают гораздо больше, чем они.

Старый игрок сказал: «У этой пары не было постоянного места жительства, и они жили в безвестности, но они отличались от других выживших из разных племен тем, что знали: если они не сохранят правду об этой внутренней истории, то к тому времени, как пройдут пятьсот лет, никто не сможет разоблачить преступления Землян».

«Поэтому они выбрали путь, который обычные люди даже представить себе не могли. За десятилетия, проведенные в бегах, супруги вырастили двух сыновей и перед смертью оставили завещание».

«Поскольку они оба боялись, что их потомки не смогут завершить их миссию после их смерти, они приняли решение, которое, вероятно, не смог бы принять ни один родитель в мире».

«В завещании выбор был предоставлен двум сыновьям, потому что уезд Цзюлу находился ближе всего к деревне Муцзя, и народ Ту никогда не мог себе представить, что они живут прямо у них под носом».

«Поэтому он уединился в уезде Цзюлу, где ему было запрещено заниматься какими-либо гадательными практиками или нумерологией, и отвечал за сохранение секрета восьмой шахматной партии и взаимодействия техник огня и земли».

В этот момент все, естественно, подумали о сыне, оставшемся в уезде Цзюлу, который, по всей вероятности, был предком старого игрока.

Старый игрок сказал: «Другой сын должен практиковать направляющий свод клана Огня и Земли. Он должен держаться как можно дальше от уезда Цзюлу, но есть одно условие: он должен время от времени являться, чтобы привлечь клан Земли, который придет и начнет его преследовать, тем самым гарантируя, что клан Земли будет игнорировать уезд Цзюлу».

«Одно предсмертное желание, два выбора, оба из которых представляли собой опасный путь с ничтожными шансами на выживание. В то время старший сын выбрал практику техники направляющего массива, а второй сын решил остаться в уезде Цзюлу. С тех пор оба сына и их потомки были обречены быть готовыми в любой момент пожертвовать собой ради семьи».

«Трагично, но в течение десяти поколений все потомки старшего сына один за другим погибли во время своего побега, но это также помогло спрятать младшего брата, оставшегося в уезде Цзюлу. Однако они не знали, что второй сын, оставшийся в уезде Цзюлу, и его потомки пережили в несколько раз больше трудностей».

Сяо Лин вдруг вспомнила об А Гуане, который страдал от странной болезни после того, как перестал практиковать Даоинь. Она задумалась, не поразит ли его потомков, оставшихся в уезде Цзюлу, также эта странная болезнь, подобная болезни А Гуана.

Погруженная в свои мысли, она неосознанно перевела свои большие глаза туда, где находился А Гуан.

Она и не подозревала, что в тот самый момент А Гуан тоже смотрел на неё.

Однако Чаоге и тетя Ван думали совсем о другом.

Подобно А Гуану, двое членов клана, которые бросили практику духовных упражнений на полпути, должны были бы страдать от странных болезней, поскольку не смогли подавить свою неспокойную судьбу. Но если старый игрок действительно является потомком своего второго сына, почему же у него в таком возрасте нет никаких признаков болезни? В чем причина этого?

Пока они размышляли над этим, вдруг услышали, как старый игрок посмотрел на А Гуана и сказал: «Возможно, всем известно, что это значит для двух рас, которые могут полагаться только на отработку построений армий, чтобы контролировать свою неизбежную судьбу».

«Эта ветвь потомков, оставшаяся в уезде Цзюлу, не только страдала от всевозможных ужасных и странных болезней, но и боялась обращаться за медицинской помощью. Это объяснялось тем, что такие неизлечимые болезни обычно быстро привлекали внимание народа Ту. Можно только представить, что пришлось пережить этой ветви потомков!»

«Видя, как их родители и братья и сестры лежат там, корчась от боли, они могли лишь плотно закрыть двери и беспомощно наблюдать, как те умирают в агонии».

«Еще более невыносимой для них является мысль о том, что однажды, совсем скоро, они сами покинут этот мир так же, как и их близкие, стоящие перед ними сейчас…»

Старый игрок едва сдерживал слезы; Лян Ку впервые видел старого игрока в таком состоянии.

Если старик может расплакаться, значит, случилось что-то трагическое; но если старый игрок может расплакаться, значит, случилось что-то еще более невообразимо трагическое.

Глаза Лян Ку покраснели.

После долгой паузы старый игрок продолжил: «Эта ветвь потомков жила упорно, но трагично. Хотя им и удалось избежать преследования Землян, как бы они ни старались, они не смогли избежать мучений от странной болезни».

«Итак, всего за восемьдесят лет до начала грандиозного плана, рассчитанного на пятьсот лет, остался только один из этих потомков, который изо всех сил боролся за выживание».

Старый игрок замолчал и огляделся: «Верно! Это я».

Он действительно опытный игрок!

Действительно, старый игрок был единственным наследником этой пары, состоящей из огня и земли.

Подул очередной ветерок, взъерошивая растрепанные седые волосы старого игрока. В них не было видно особой тоски, лишь чувство невзгод.

Возможно, как и Лян Ку в начале, он давно привык к такому образу жизни. Но для других это было еще более неописуемой горечью.

Старый игрок вдруг широко улыбнулся: «Хе-хе, многие могут удивиться, если это правда, что говорит старый игрок, то как он до сих пор жив и здоров? И хотя он немного стар, он определенно не выглядит на человека за восемьдесят!»

Сказав это, старый игрок вновь рассмеялся, словно забытый призрак: «Хе-хе, я, старый игрок, могу поклясться всем, что мне не только за шестьдесят, но и, несмотря на бедность, я здоров. Все эти чудесные перемены произошли из-за обычного, незначительного землетрясения».

Раз уж зашла речь о землетрясениях, Чаоге вдруг вспомнила, что ее дед, Му Санвэнь, рассказывал ей о небольшом землетрясении, которое произошло в их родном городе, деревне Муцзя.

Хотя в течение последующих двадцати лет в разное время происходило несколько небольших землетрясений подобного рода, именно об этом землетрясении мой дед упоминал в частности.

Во-первых, землетрясение произошло всего через три дня после отъезда Му Санвэня; во-вторых, позже он узнал от молодого поколения семьи Му, приехавшего в город навестить Му Санвэня, что землетрясение открыло трещину в родовых могилах, и они посоветовали Му Санвэню вернуться и проверить это, когда у него будет время, чтобы увидеть, нет ли каких-либо негативных последствий.

Позже трещина снова затянулась, и никто больше об этом не упоминал.

Старый игрок сказал: «Это было совершенно обычное, незначительное землетрясение, случившееся около двадцати лет назад. Это был также последний миг моей жизни. Но я не знаю, что произошло. После этого землетрясения не только исчезла моя болезнь, но я и дожил до этого возраста».

«Хе-хе, знаешь почему? Хотя я, старый игрок, этого не вижу, я это чувствую. Потому что это землетрясение фактически сработало 500-летнее фэн-шуй-установление кладбища более чем на 20 лет раньше срока, и в то же время непреднамеренно изменило мою судьбу!»

Это действительно было землетрясение!

Чаоге не мог не восхищаться чудесами творения.

Тетя Ван и остальные одновременно были поражены. Если весь этот план действительно был начат раньше запланированного срока, кто знает, какие неожиданные вещи могли произойти, помимо старого игрока.

В этот момент старый игрок поднял взгляд к небу и сказал: «Хе-хе, я действительно не знаю, это духи наших предков на небесах помогают нам выбраться из тьмы, или же на небесах и на земле есть боги, которые присматривают за всеми живыми существами».

Старый игрок обернулся и уставился на Ту Шоусина: «Потому что жизнь моего старого игрока ничего не стоила и не заслуживает того, чтобы ее ценить, но, боюсь, после моей смерти никто в мире не разоблачит злодеяния вашего клана Ту!»

История наконец подошла к концу, и все тайны прошлого, кажется, получили полное объяснение.

Все смотрели на Цучимори, чье лицо было пепельным и мрачным, словно все было готово и оставалось только дождаться, когда придет главный герой истории и утвердит свое мнение.

В этот момент Цучимори тоже тихо вздохнул. Никто не мог догадаться, о чём он думает и что предпримет дальше.

Спустя короткое время Ту Шоусин поднял голову, оглядел всех, его взгляд скользнул по Чаоге, и он медленно произнес: «Давайте не будем говорить о том, что произошло сотни лет назад. Мы, народ Ту, ничего не просим, мы хотим только одного — восьмой шахматной партии, о которой вы упомянули».

Цучимори говорил спокойно, его тон и выражение лица были как обычно, но для окружающих от него исходила неописуемая зловещая аура.