В этот момент в комнату вошла и госпожа Чжай. Взгляд Вэнь Си все еще был прикован к Ляо Сяоцин, и он пробормотал: «Жена, посмотри, Сяоцин вернулась. Она больше на меня не сердится».
Сяо Дао толкнул Сюэ Бэйфаня локтем: «Разве ты не говорил, что Ляо Сяоцин неправильно поняла ситуацию, и всё было односторонним? Мне кажется, всё произошло по обоюдному согласию!»
Сюэ Бэйфань шепнула Сяо Дао напоминание: «Подумай о самом важном! Как Ляо Сяоцин сюда попала?»
Сяо Дао был ошеломлен — ах да! Горничная только что сказала, что там обитают привидения.
«Сестра, — тихо спросила Ляо Сяоцин, подняв голову, госпожу Чжай, — позвольте мне остаться и позаботиться о моем старшем брате. Я сделаю для него все, что угодно. Я уеду, как только ему станет лучше».
«Э-э…» — мисс Чжай открыла рот, Сяо Дао нахмурилась и уже собиралась войти в дом, когда Сюэ Бэйфань схватила её: «Это дело их семьи, не вмешивайся».
Сяо Дао пожаловался: «Нерешительность приведет лишь к хаосу в будущем. Женское сострадание принесет бесконечные неприятности! Неужели госпожа Чжай не может позаботиться о себе? Вэнь Си чуть не умер, а она все это время ухаживала за ним!»
Лу Сяоюэ тоже кивнула.
Сюэ Бэйфань закрыла Сяо Дао рот и оттащила его в сторону, сказав: «Не лезь не в своё дело! Даже честный чиновник не может улаживать семейные споры!»
«Это всё чушь!» — Сяо Дао решительно боролся за справедливость.
Чонхуа тихонько шепнула им двоим и указала внутрь двери. [ ]
Все обернулись и увидели, что мисс Чжай наконец кивнула. Ляо Сяоцин благодарно поблагодарила ее, затем взяла Вэнь Си за руку, и они вдвоем рассказали о своих событиях за последние несколько дней, даже проливая слезы, когда говорили о самых печальных моментах.
Мисс Чжай повернулась и вышла из дома, закрыв за собой дверь. Она молча вышла из двора, не сказав ни слова. Как говорится, каждый день приносит новое начало; от предыдущего душераздирающего расставания до недавнего воссоединения, и теперь снова потеря — то, как мисс Чжай вышла из двора, вызывало одновременно тревогу и боль.
«Вэнь Си зашёл слишком далеко!» — сказала Лоу Сяоюэ, оттаскивая Сяо Дао обратно во двор, желая избежать встречи с ним.
Сяо Дао тоже был расстроен. Кто прав, а кто виноват? Раньше он думал, что Вэнь Си бросил его прежнюю любовь, из-за чего Ляо Сяоцин сошла с ума от любви. Но теперь, когда они с Ляо Сяоцин помирились, он чувствовал, что глубокая привязанность госпожи Чжай к нему пропала даром… Он оказался между двух огней.
К сожалению, заинтересованным лицам было все равно, и они не хотели вмешиваться, поэтому им пришлось сдаться.
«Позвольте спросить вас, — сказала Сюэ Бэйфань, заметив кислое лицо Сяодао. — Если бы сегодня Ляо Сяоцин стояла на коленях и плакала у дверей, говоря, что хочет в последний раз увидеть Вэнь Си и будет служить ему как рабыня, уйдя, как только он поправится, но госпожа Чжай решительно отказалась бы, кому бы вы сочувствовали?»
Сяо Дао поджал губы и молчал.
«В действительности, между ними нет большой разницы», — равнодушно пожала плечами Сюэ Бэйфань и легонько похлопала Сяо Дао по плечу. «Ложись спать пораньше, настоящее шоу ещё впереди».
Сюэ Бэйфань выглядел загадочно, словно что-то обнаружил. Сяо Дао же всю ночь был подозрительным и раздраженным. Что имели в виду Вэнь Си, госпожа Чжай и Ляо Сяоцин?
...
На следующее утро, как только Сяодао проснулась, она пошла измерить пульс Вэнь Си. Вместо того чтобы сказать, что она пришла навестить Вэнь Си, точнее было бы сказать, что ей было очень любопытно узнать о Ляо Сяоцин.
Ляо Сяоцин действительно служила Вэнь Си от всего сердца, подавая ему чай и воду с предельной внимательностью, не проявляя и следа того безумия, которое она демонстрировала в лесу.
Сяо Дао зашёл на кухню и увидел, что она варит суп, поэтому подошёл и спросил: «Мисс Ляо?»
Ляо Сяоцин приветливо улыбнулся: «Маленький чудо-доктор, зовите меня просто Сяоцин. Спасибо, что вылечили моего старшего брата».
Сяо Дао улыбнулся и неуверенно спросил: «Откуда вы узнали, что молодому господину Вэню стало лучше?»
Ляо Сяоцин выглядел совершенно беспомощным. «У меня был нервный срыв, и я был в бреду. К счастью, монахиня меня вылечила. Как только я пришел в себя, я услышал, что мой старший брат беспокоится обо мне, поэтому я поспешил вниз с горы».
Сяо Дао подумала про себя: «Неужели это такое совпадение? Ее безумие прошло всего за день-два?» Но она не стала это комментировать. Увидев, как Ляо Сяоцин несет суповую миску обратно во двор, она последовала за ней: «Монахиня? Кто она?»
«Моя спасительница». Ляо Сяоцин действительно оправдала свою репутацию опоры труппы семьи Вэнь; ее голос был таким же нежным и трогательным, словно она пела. Сяо Дао последовал за ней к двери дома Вэнь Сифан, как раз в тот момент, когда мисс Чжай пришла со своей служанкой, неся коробку с едой.
Маленький Нож подмигивает – Мы встретились на узкой тропинке!
В тот момент, когда все почувствовали себя неловко, Вэнь Си внезапно спросил из комнаты: «Сяо Цин? Так вкусно пахнет, это тушеная утка?»
"Ммм." Ляо Сяоцин вбежал внутрь, неся миску с супом. "Старший брат, ты голоден?"
«Я так голоден». Вэнь Си явно почувствовал себя намного лучше, держа ложку и ожидая. «Я так давно хотел тушеной утки».
Сяо Дао подсознательно взглянул на стоявшую рядом с ним мисс Чжай и увидел, что она лишь оглядела происходящее в комнате, после чего повернулась и ушла. Ее безразличное поведение заставило задуматься, не она ли испытывала невыносимую боль и не хотела ли последовать за Вэнь Си прошлой ночью.
Сяо Дао нахмурился. Теперь, когда Сюэ Бэйфань не было рядом, чтобы остановить его, он, как только разозлился, ворвался внутрь.
«Чудотворец», — поспешно сказал Вэнь Си, увидев Сяо Дао, который пил суп. — «Я ещё не поблагодарил вас».
«Если хочешь кого-то поблагодарить, поблагодари свою жену», — спокойно сказал Сяо Дао. «Она почти поехала с тобой, если помнишь, кто твоя жена».
Сяо Дао высказал это довольно прямолинейно, лишь ожидая, как сильно смутятся Вэнь Си и Ляо Сяоцин.
Но, взглянув на Вэнь Си, он всё ещё сохранял невозмутимое выражение лица и спросил: «Где моя жена? Скажите ей, чтобы она тоже пришла попробовать тушеный суп из старой утки, приготовленный Сяо Цином».
«Старший брат, — с улыбкой спросила его Ляо Сяоцин, — почему бы тебе не выйти на прогулку после еды? Не сиди всё время взаперти в комнате». Она непринужденно перевела разговор в это русло.
Сяо Дао почувствовала тошноту, стоя в доме. Она подумала, что это из-за слишком большого количества женьшеня в утином супе и слишком сильного запаха. Поэтому она развернулась и вышла на улицу. Она больше не могла это терпеть!
Добравшись до ворот двора, я увидела госпожу Чжай, сидящую под деревом и сосредоточенно просеивающую травы для Вэнь Си согласно рецепту. Хотя травы уже были подготовлены, госпожа Чжай всё равно тщательно проверила их, удаляя остатки травы и увядшие листья.
Сяо Дао подошел к ней и немного помедлил.
Мисс Чжай подняла глаза, увидела её и с улыбкой спросила: «Вы уже позавтракали?»
Сяо Дао кивнул, затем подумал, что что-то не так, и покачал головой; он действительно еще ничего не ел.
Мисс Чжай некоторое время оценивающе разглядывала Сяо Дао, а затем не смогла сдержать смех. Она смеялась так непринужденно, словно инцидента с Вэнь Си и не было.
Сяо Дао нахмурился и спросил: «Ты разве не сердишься?»
Мисс Чжай была ошеломлена. «На что вы сердитесь?»
«Вэнь Си очень плохо с тобой обращается», — прямо сказал Сяо Дао. «Ты не ревнуешь?»
Мисс Чжай улыбнулась: «Я все еще его жена, хорошо, что он это помнит».