Реакция Дунфан Синя была наиболее преувеличенной. Он был настолько поражен появлением Му Юроу, что отступил на несколько шагов назад, нахмурив свои красивые брови в причудливую форму.
Дунфан Цзе и Дунфан Чжэн стали заметно спокойнее.
Глаза Дунфан Цзе слегка потемнели, в них мелькнуло отвращение. Он не сопротивлялся ухаживаниям Му Юроу, но, увидев её ужасающие раны, тихо оттолкнул её.
Увидев эту сцену, Му Цинхань невольно мысленно усмехнулся, пожалев Му Юроу.
Неужели эта женщина действительно верит, что Дунфан Цзе искренне её обожает?
Такой человек, как Дунфан Цзе, никогда ни в кого не влюбится!
«Ваше Высочество, Ваше Высочество, вы должны восстановить справедливость для меня!» — воскликнула Му Юру, слезы текли по ее лицу, а ее прекрасные глаза были полны сострадания.
Дунфан Цзе взглянул на Му Цинхань, его взгляд задержался на кинжале в ее руке. Увидев на светлой шее Му Юроу ярко-красную отметину, образованную пятью пальцами, он сделал свой вывод.
Словам Му Юроу никогда нельзя полностью доверять, но на этот раз...
Для женщины внешность всегда имеет первостепенное значение. Неужели Му Юроу дойдёт до того, чтобы нанести себе увечья, а затем ложно обвинить Му Цинханя?
Кроме того, рана на шее явно была нанесена кем-то другим.
После простой оценки Дунфан Цзе пришел к выводу, что Му Цинхань действительно был виновен в этом, но, возможно, у Му Цинханя были на то основания.
Но даже если Му Цинхань действительно причинил боль Му Юроу, сейчас...
Понимая, что положение Му Цинханя теперь кардинально изменилось, Дунфан Цзе холодно нахмурился и резко крикнул: «Я прекрасно помню, что ты всё ещё должен был быть заключён в саду Цинъя. Зачем ты пришёл в сад Цзин?! Убирайся отсюда!»
Дунфан Цзе не выказывал никакого намерения добиваться справедливости для Му Юроу, и его слова были ледяными.
Му Юроу, женщина, которую он когда-то безумно любил.
Однако в этот момент он отказался даже взглянуть на него.
Увидев его выражение лица, Му Юроу почувствовала, как её тело постепенно остывает, холод распространялся от головы до кончиков пальцев ног.
У меня внезапно сжалось сердце.
Несмотря на бессердечность этого человека, она отказалась сдаваться.
«Ваше Высочество, вы мне не верите? Ваше Высочество, вы думаете, я бы порезала себя, а потом подставила свою сестру, принцессу-консорта? Как я могла использовать собственное лицо, чтобы подставить кого-то!»
Когда Му Юроу разволновалась, она схватила со стола стакан с водой и разбила его вдребезги. Не обращая внимания на порезы на руках от осколков, она прижала осколки к шее.
«Если Ваше Высочество сегодня не встанет на мою защиту, я умру на глазах у Вашего Высочества!»
Она применила огромную силу, и на ее нежной шее образовалась кровавая рана.
Но стоящий перед ней мужчина, так называемый муж Му Юроу, человек, который когда-то больше всех её любил, лишь холодно наблюдал, как она пыталась покончить жизнь самоубийством.
Выражение лица Дунфан Цзе было холодным и суровым, в глазах мелькнуло ещё большее отвращение. «Не опозорься здесь, убирайся отсюда!»
Му Юроу недоверчиво посмотрела на Дунфан Цзе. Она просто не могла в это поверить!
С тяжелым сердцем она схватила осколок и приготовилась его разрубить.
Она отказывалась в это верить; она не могла поверить, что принц может быть таким бессердечным! Она собиралась рискнуть, рискнуть собственной жизнью!
«Эй, невестка…» — Дунфан Синь попыталась подойти и остановить её.
Дунфан Чжэн протянул руку, чтобы остановить его, покачал головой и жестом показал, чтобы тот не вмешивался.
Дунфан Синь почесал затылок и отвернул лицо. Он не мог вынести вида самоубийства у себя на глазах, но майна была права.
Если даже Седьмой Брат игнорирует свою женщину, то он не имеет на это права.
Дзинь—
Раздался звук столкновения холодного оружия с осколками.
Му Юроу была ошеломлена, медленно осознавая произошедшее.
Кинжал пролетел по воздуху, поразив осколок в ее руке. Осколок с треском упал на землю, а сам кинжал пролетел мимо ее шеи и вонзился в стену, его рукоять все еще слегка дрожала.
Что случилось?
Четверо присутствующих перевели взгляды на женщину, которая с самого начала и до конца не произнесла ни слова.
Она стояла, скрестив руки, с улыбкой на лице, но кинжала в её руке… не было!
Му Юроу нахмурилась от недоумения. Почему эта женщина спасла её?
Это озадачило Дунфан Цзе и остальных. Му Цинхань и Му Юроу всегда были заклятыми врагами, так почему же эта женщина спасала Му Юроу, когда та хотела покончить жизнь самоубийством? Они знали, что если бы Му Цинхань не вмешался, Му Юроу уже истекала бы кровью и успешно совершила бы самоубийство.
Му Цинхань окинул всех взглядом, его улыбка стала шире, прежде чем он наконец остановил свой взгляд на Му Юроу. Он слегка приоткрыл губы и сказал: «Если вы умрете, мое преступление будет подтверждено».
Му Юроу, естественно, понял смысл её слов.
Если бы она умерла сейчас, Му Цинханя наверняка обвинили бы в попытке удушения, а также в изуродовании её тела и насильственном лишении жизни.
Поэтому Му Цинхань спас её только потому, что хотел спасти себя, и уж точно не из доброты или добрых побуждений.
«Я просто не хочу, чтобы меня обвинили в том, что я испортил твою внешность». Му Цинхань поднял глаза, лениво взглянул на неприглядное лицо Му Юроу, саркастически улыбнулся и спросил: «Ты думаешь, твоя внешность стоит того, чтобы я ее испортил?»
Му Цинхань абсолютно уверен в себе!
Услышав это, Дунфан Синь, стоявший в стороне, согласно кивнул. Он полностью согласился, ведь действительно не было необходимости портить внешность человека, который был менее привлекателен, чем он сам!
Дунфан Цзе нахмурился, не понимая намерений Му Цинханя. После долгой паузы он сказал: «Ханьэр, я не буду дальше разбираться в этом вопросе; пусть всё пройдёт само собой».