...
В 10 часов вечера Мэн Ян поговорила с Лю Чжи по телефону с балкона и объяснила ситуацию. Лю Чжи очень эмоционально отреагировал, когда упомянул о своем намерении уйти в отставку. Мэн Ян редко видела ее в таком состоянии.
«Мэн Ян, тебе не нужно жертвовать всем ради меня», — вздохнул Лю Чжи. — «Это того не стоит».
«Ты этого заслужил», — твердо сказал Мэн Ян. «На небе и на земле только Лю Чжи по-настоящему этого заслуживает».
Мэн Ян говорил без тени шутки; он был очень серьёзен, настолько серьёзен, что это придавало ему несколько ребяческий оттенок.
Лю Чжи тихонько усмехнулся.
Я действительно так хорош?
— Что с тобой не так? — парировал Мэн Ян. — Почему ты опять такой неуверенный в себе?
«Мне просто неловко, — сказал Лю Чжи, — не потому что мне не хватает уверенности в себе».
«Как думаешь, я того стою?» — внезапно спросил Мэн Ян.
«Это того стоит», — быстро ответил Лю Чжи. «Ты очень хорош, очень хорош, очень хорош».
Уши Мэн Ян покраснели. Ей надоело слышать подобные слова, но когда Лю Чжи произнес их таким образом, она почувствовала себя немного неловко.
«Тогда ты должен думать: „Я великолепен, и ты мне нравишься“, — сказал Мэн Ян. — „А ты, должно быть, ещё лучше“».
Лю Чжи усмехнулась, ее голос по-прежнему был таким же пленительным, как и прежде, даже через экран.
«Хм, — сказал Лю Чжи, — если я нравлюсь такому талантливому человеку, как Мэн Ян, значит, я тоже хорош».
«Верно, верно?» — Мэн Ян слегка самодовольно улыбнулся.
По одному лишь голосу Лю Чжи могла представить выражение лица Мэн Ян. И вдруг ей очень захотелось ущипнуть Мэн Ян за щеки.
Она откашлялась и сказала: «Мэн Ян».
Мэн Ян перестал смеяться и стал ждать, пока Лю Чжи что-нибудь скажет.
«Поверьте, работать в больнице-партнере непросто. Ваша работа — это мечта многих людей», — сказал Лю Чжи. «Ваши дяди и тети обязательно будут по вам скучать, когда вы приедете в Яньчэн».
«Моя мама не возражает», — Мэн Ян облокотился на перила. «А что, если она такая же, как я?»
Где твой отец?
Слова Лю Чжи раскрыли истинное лицо Мэн Яна.
Мэн Ян помолчал немного, а затем сказал: «Так что, мы просто так расстанемся? Нам будет так тяжело даже видеться».
В последнее время Мэн Ян иногда просыпается во время своей ночной смены и безучастно смотрит в пустую комнату.
Ей очень не хватало объятий Лю Чжи, и она скучала по тем дням, когда могла увидеть Лю Чжи, как только открывала глаза.
«Я ещё не нашла решения, которое удовлетворило бы обе стороны, но я обязательно вам всё объясню». Лю Чжи опустила голову и серьёзно сказала: «Мне нужно подождать, пока бабушке станет лучше».
«Лю Чжи». Мэн Ян посмотрел на серп луны над головой.
"Обычно пребывание в больнице длится год, верно?"
Лю Чжи согласно промычал.
«Я пережил этот год и решил присоединиться ко второй группе получателей помощи».
Лю Чжи сжала телефон в кулаках, сжимая их в кулаке. Ей хотелось сказать так много, но все застряло у нее в горле.
Похоже, все эти годы Мэн Ян приносила жертвы в одностороннем порядке, в то время как она шла своим собственным путем и никогда не стояла плечом к плечу с ней.
Она чувствовала себя недостойной любви Мэн Яна.
На сегодняшний день Лю Чжи так и не нашел решения, которое удовлетворило бы обе стороны.
Глава 51 Воссоединение
Неделю спустя бабушку перевели в обычную палату, и ее состояние в целом стабилизировалось.
Последствия внутримозгового кровоизлияния очень тяжелые; бабушка с трудом может двигать только левой стороной тела. Лежа на больничной койке, она не могла перестать плакать, увидев Лю Чжи. Она хотела что-то сказать, но могла лишь шевелить губами.
Со слезами на глазах Лю Чжи держала бабушку за руку.
Бабушка помахала рукой, используя те немногие пальцы, которыми могла пошевелить.
Лю Чжинен поняла, что имела в виду бабушка; бабушка хотела, чтобы она вернулась на работу в столицу.
«Я не занята», — сказала Лю Чжи. «Бабушка, я не занята».
Бабушка продолжала махать рукой, молча проливая слезы.
Господин и госпожа Лю невольно отвернулись.
Бабушка крепко держала руку Лю Чжи, не желая отпускать. Лю Чжи позволила ей держать её, и по её лицу текли слёзы.
Бабушка очень устала и вскоре снова крепко уснула. Лю Чжи закрыл дверь и последовал за родителями в коридор.
«Сяо Чжи, какие у тебя планы на будущее?» — спросила мать Лю.
«Я подал заявку на участие в программе софинансирования и вернусь на работу в сельский медицинский центр недалеко от Яньчэна», — сказал Лю Чжи.
«Предусмотрена ли какая-либо субсидия на эту помощь?» — спросила мать Лю.
«Это было добровольно», — ответил Лю Чжи.
Господин Лю крепче сжал в руке пальто, которое на нем было.
«Сяо Чжи, это того не стоит». Отец Лю немного поколебался, прежде чем заговорить.
«Моя заявка одобрена», — твердо ответил Лю Чжи.
Лю Чжи прекрасно понимала точку зрения своих родителей; они привыкли ставить свои собственные интересы на первое место.
Ей не нравится такой способ анализа.
«Поступить в Столичный медицинский университет было непросто», — с тревогой сказала мать Лю. «Почему ты решил поехать в сельскую клинику?»
Лю Чжи не захотела отвечать на вопрос матери.
«Ты пытаешься улучшить своё резюме?» — спросила мать Лю. «Ты мог бы попробовать подать заявки в местные медицинские центры недалеко от столицы…»
Лю Чжи прервал её.
«Почему вы всегда предпочитаете рассматривать проблемы с точки зрения интересов? Не кажется ли вам это несколько ограниченным мышлением?»
"А ты что знаешь? Многие просто проводят время вместе..."
«Мама, — вздохнула Лю Чжи, — я все обдумала и приняла решение».
«Твоё решение неправильное!» — строго сказала мать Лю.
«Длительное пребывание в больнице при Столичном медицинском университете позволит вам накопить опыт, что значительно облегчит повышение вашей профессиональной квалификации по возвращении», — сказала мать Лю. «Вы знаете дочь старого Ли? Она работает врачом в Народной больнице, и ее ежемесячная зарплата составляет…»
«Мама». На этот раз в голосе Лю Чжи звучала полная беспомощность.
«Это волонтерская деятельность, а не вопрос славы или богатства», — сказал Лю Чжи. «Не стоит связывать все с прибылью».
Мать Лю на мгновение потеряла дар речи.
«Папа, ты тоже так думаешь?» — спросил Лю Чжи.
Господин Лю, заикаясь, не в силах произнести ни слова, наконец тяжело вздохнул.
Лю Чжи больше ничего не сказал и вышел через коридор.
В конце весны в Яньчэне было много солнечных дней.
Благоустройство территории больницы превосходное; она полна жизни, насколько хватает глаз.
Лю Чжи некоторое время оставался в тени дерева, постепенно успокаиваясь.
Она вспомнила, что еще не завершила процедуру передачи дел, поэтому открыла телефон и посмотрела рейсы на следующую неделю, готовясь вылететь из Яньчэна в столицу в эти выходные.
Забронировав авиабилеты, Лю Чжи сделала скриншот и приготовилась отправить его Мэн Яну. Однако, когда дело дошло до редактирования изображения, она засомневалась.
В тот же момент Мэн Ян с некоторым недоумением уставился на окно чата.
Вскоре после этого Лю Чжи получил сообщение.
Мэн Ян; "?"
Лю Чжи напечатал сообщение, прочитал его один раз, а затем удалил.
Мэн Ян: "?"
— Что-то не так? Просто скажи, — ответил Мэн Ян. — Мне неприятно смотреть, как ты продолжаешь говорить так отрывисто.
Лю Чжи: "Ничего страшного."
Мэн Ян: "..."
Спустя некоторое время Мэн Ян прислал фотографию бутылки с маслом, и Лю Чжи понял, что она имела в виду.
«У меня есть дела, поговорим позже», — ответил Мэн Ян. «До свидания, Молчаливый».
Лю Чжи не ответил.
Вечером Мэн Ян снова позвонила Лю Чжи, но та по-прежнему отказывалась говорить правду. Чем сильнее Мэн Ян давила, тем плотнее сжимала губы. Это так сильно беспокоило Мэн Ян, что она не могла заснуть до поздней ночи.
В субботу Лю Чжи отправился обратно в столицу.
Самолет приземлился ровно в 14:00. Лю Чжи вернулся домой из аэропорта около 16:00.
Пока лифт поднимался, Лю Чжи все еще был несколько ошеломлен.
После всего двух недель разлуки она уже чувствовала то волнение, которое испытывала перед возвращением домой.
В доме было тихо, но когда я открыла дверь, из-под шкафчика для обуви выглянули три маленькие головки.
Лю Чжи наклонилась и раскрыла объятия, чтобы обнять малышку. Ребенок осторожно сделал несколько шагов к ней, и Лю Чжи сняла маску, полностью открыв свое лицо.
«Молочный шарик», — так его назвал Лю Чжи.
Молочный шарик тут же рванулся вперед и помчался.
Лю Чжи снова взял Гэгэ на руки, но Лихуа сидела на стельке, не двигаясь с места.
Девочка значительно окрепла, и принцесса очень хорошо поправилась; рана на ее лице почти незаметна. Грушевый Цветок остается старшей дочерью в семье, возглавляя двух младших братьев с еще более властным характером.
Последние две недели она отсутствовала дома, и Мэн Ян спал в комнате Лю Чжи. Трое маленьких пушистых питомцев тоже переехали в её комнату. Когда-то аккуратная комната теперь превратилась в беспорядок.