Zhan Chun

Kapitel 14

Ба Ин не произнесла ни слова.

Тан Хуан взглянула на У Цинфэна, сидящего на земле, затем посмотрела на Пэй Цзиня вдалеке. Немного подумав, она пожала плечами и сказала: «Что скажет глава альянса Пэй, то и будет». Ну что ж, победит она или проиграет, ей и так хорошо. Ничья есть ничья.

Пэй Гумо сказал: «Хотя у обеих команд равные шансы, У Таньхуань отсутствует в списке участников, поэтому этот матч недействителен. Результат будет определяться по итогам предыдущего матча между У Цинфэном и Ба Ин. Ба Ин проходит дальше и примет участие в полуфинале сегодня днем».

Тан Хуан надула губы, наклонилась и присела перед У Цинфэном. "Хочешь, я помогу тебе подняться?"

У Цинфэн был в ярости. "Не нужно."

Если вам это не нужно, то не нужно. Она даже не хочет помогать!

У Цинфэн смотрел на неё своими красивыми глазами, его взгляд становился всё серьёзнее, и гнев постепенно утих. Внезапно он улыбнулся и необычно произнёс: «Неважно, ты всё равно должна помочь мне подняться».

Увидев его улыбку, Тан Хуан почувствовала мурашки по коже. Хотя ей было неловко, непривычно и он ей не нравился, Тан Хуан всё же подавила свою неловкость и помогла ему подняться.

«Чувствуешь себя хорошо, хвастаясь на турнире по фехтованию в Линфэне?» — тихо и саркастически спросил У Цинфэн. — «Хвастаешься перед таким количеством коллег-мастеров боевых искусств, теперь доволен? Чувствуешь себя самодовольным?»

Тан Хуан закатила глаза и с льстивой улыбкой сказала: «Да, я невероятно горжусь собой. Особенно после победы над тем, кто победил тебя, У Цинфэн, я теперь расхаживаю как угорелая!»

У Цинфэн был ошеломлен гневом. Он хотел сказать что-нибудь саркастическое, но вместо этого она его разозлила.

После того как У Цаньян уладил конфликт между Ду Суйчжи и Ляо Ляном, он поспешил в Линфэн и стал свидетелем победы Тань Хуана над Ба Ином. Его сердце бешено колотилось от страха, он гадал, как ответит, если другие спросят, почему Тань Хуану не разрешили участвовать. Приблизившись и увидев, что в глазах Пэй Гумо нет ни капли упрека, он вздохнул с облегчением.

Перед ним предстала картина: брат и сестра с любовью заботились друг о друге. У Цаньян был немного тронут, похлопал Тань Хуана по плечу, а затем с беспокойством посмотрел на своего любимого сына: «Цинфэн, ты в порядке?»

«Отец». У Цинфэн мягко улыбнулся после первоначального удивления: «Со мной все в порядке, просто небольшая травма».

«Наслаждаюсь удовольствием». У Цаньян кивнул ей.

Когда Тан Хуан увидела необычайно любящий взгляд У Цаньяна, направленный на неё, она так испугалась, что отступила на шаг назад, ослабила хватку, и У Цинфэн закричала и упала на землю.

Тан Хуань взглянула на сердитое лицо У Цинфэна, лежащего на земле, затем на сложное выражение лица У Цаньяна, не зная, что сказать. Она лишь неловко усмехнулась: «Отец». Затем, вполне осознанно, она помогла У Цинфэну снова забраться ей на плечо.

Пэй Гумо, наблюдая со стороны, заметил что-то неладное, но вмешиваться в семейные дела было бы неуместно. Поэтому он шагнул вперед и улыбнулся У Цаньяну: «Государь У, давно не виделись. Как дела?»

У Цаньян извиняюще улыбнулся: «Лидер Альянса Пэй, как дела?»

«Мастер У вырастил прекрасного сына и прекрасную дочь; я даже немного завидую», — сказал Пэй Гу Мо. «Наверное, мастер У вложил в своих детей много труда, не так ли?»

Услышав эти слова и размышляя о собственном безразличии к Тан Хуаню, У Цаньян невольно почувствовал себя немного виноватым. «Я не заслуживаю такой похвалы».

«У вашей дочери немалый талант к боевым искусствам», — прямо заявил Пэй Гумо, не вдаваясь в подробности, — «Я хотел бы взять её в ученицы. Интересно, согласится ли с этим мастер Ву?»

Глаза Тан Хуан загорелись. Она взглянула на Пэй Гу Мо, затем на Пэй Цзиня, стоявшего позади него. Ее отец стоял прямо перед ней, и она не смела проявлять самонадеянность. Она хотела сдержать слова, но не смогла. «Глава Альянса Пэй, если я стану твоей ученицей, смогу ли я жить в твоем доме?»

Лицо У Цаньяна выражало калейдоскоп эмоций, его взгляд был прикован к Тан Хуаню. Если бы они не были на публике, он бы точно хорошенько его отшлёпал по затылку. Что случилось? Так хочешь уйти из семьи У? Люди подумают, что семья У плохо с тобой обращается!

Пэй Гумо усмехнулся, мельком взглянул на Пэй Цзиня и понял: «Это естественно».

«Это просто замечательно!» — воскликнула Тан Хуан, ее глаза заблестели, когда она посмотрела на Пэй Цзиня, уже не обращая внимания на то, что отец стоял рядом. Она шагнула вперед и взяла Пэй Гу Мо за руку, искренне сказав: «Глава Альянса Пэй, пожалуйста, примите меня в свои ученики».

Выражение лица У Цаньяна было нехорошим.

Глаза У Цинфэна расширились.

Пей Гумо часто был польщен. Как лидер альянса мастеров боевых искусств, он вызывал у одних открытую похвалу, у других — тайные подарки. Однако он впервые увидел такую откровенно подобострастную улыбку и не смог удержаться от смеха: «Ты так стремишься стать учеником перед своим отцом, не проявляешь ли ты к нему немного неуважения?»

«Разве не так? Она сражается, прижатая к стене. Если Пэй Гумо не согласится, она, вероятно, получит по шее, когда вернется домой», — неловко сказала Тан Хуан. — «Тот, кто становится учителем лидера альянса Пэй, — это огромная честь. Отец вне себя от радости, как он может меня винить?» Сказав это, она потеряла уверенность и осторожно посмотрела на У Цаньяна: «Отец, ты так думаешь?»

У Цаньян был полон гнева, но не мог его выплеснуть. Перед ним стояла добрая улыбка Пэй Гумо; что он мог сказать? Что он осмелился сказать? Тогда У Цаньян тяжело похлопал Тань Хуана по плечу и рассмеялся: «Если бы моей дочери выпала честь иметь в качестве своего учителя лидера Альянса Пэй, это, естественно, было бы для нее честью».

От этой пощёчины Тан Хуан вздрогнул от боли. Было ужасно больно; вероятно, у него были внутренние повреждения.

Пэй Гу Мо кивнул: «После окончания Турнира Мечей Линфэн можно начинать церемонию посвящения новых учеников». Он также поднял Пэй Цзинь: «Цзиньэр, отныне Тань Хуань будет твоей младшей сестрой, поэтому ты должна хорошо о ней заботиться».

Тан Хуан широко улыбнулся, глядя на Пэй Цзиня и представляя свою будущую жизнь. Боль, которая была раньше, исчезла в одно мгновение.

«Значит, Тан Хуан собирается покинуть семью У?» — внезапно спросил У Цинфэн, чем всех присутствующих сильно удивил.

Тан Хуан посмотрел на него с улыбкой: «Ты рад, что я ухожу, не так ли?» Мысль о том, что в будущем его будет защищать лидер Альянса Пэй, придала Тан Хуану смелости, и он стал говорить все, что хотел.

У Цаньян нахмурился, с недовольством глядя на дочь.

У Цинфэн пристально посмотрел на неё и холодно улыбнулся: «Ты рада, что уезжаешь, не так ли?» Его ответ был совершенно беспощадным.

Изначально праздничная атмосфера сменилась холодной и напряженной из-за их разговора.

Тан Хуан перестала улыбаться, молча посмотрела на него, ее взгляд был безразличен, как проплывающее облако, и сказала: «Хорошо, что ты знаешь».

В конце концов, У Цаньян больше не мог сдерживаться и крикнул: «Наслаждайтесь удовольствием!»

Те, кто наблюдал за соревнованиями по боевым искусствам, всё ещё находились там, когда увидели суматоху и переключили своё внимание на происходящее. Многие из присутствующих обладали высоким уровнем мастерства и острым слухом; хотя они и не осмеливались толпиться вокруг, немало людей тайком подслушивали. Кроме того, люди говорили довольно громко, так что это вряд ли можно было считать подслушиванием.

О, значит, эта грозная девочка не ладит с отцом и сыном из семьи У. Похоже, у У Таньхуаня и У Цаньяна тоже нет особой связи отца и дочери. Ай-ай-ай, У Цинфэн даже свою сестру победить не может; он больше не сможет выжить в мире боевых искусств.

...

Пэй Гу Мо мысленно вздохнул. Какая жалость, он опоздал на шаг. Что же делать теперь? Идти или нет? Приняв решение, он, сохраняя неподвижность губ и неизменную мимику, передал тайное послание, используя свою внутреннюю силу: «Цзиньэр, пойдем первой».

Пэй Цзинь слегка улыбнулась, ее элегантность и ясность речи были неописуемы: «Отец, ты привык к тому, что за тобой наблюдают, так что еще немного времени ничего не изменит».

«Я не смог должным образом воспитать своего сына», — беспомощно подумал Пэй Гумо, бросив взгляд на любимого сына, прежде чем нагло солгать: «Мастер У, вам всем стоит хорошенько поговорить. А мы с Цзиньэр пойдем».

Тан Хуан оставалась неподвижной, искоса поглядывая на Пэй Цзинь; в ее выражении лица смешались мольба и упрямство.

Увидев этот взгляд, Пэй Цзинь растерялась и шагнула вперед, сказав: «Тан Хуан, твоему брату сейчас больше всего нужно лечение. Мы можем поговорить об этом позже. Хочешь пойти со мной сейчас?»

Тан Хуан ухмыльнулась и уже собиралась энергично кивнуть, когда У Цинфэн крепко схватил её. «Не уходи! Объяснись!»

Жадное Наслаждение фыркнуло: «Ещё что сказать?»

У Цинфэн пристально посмотрел на нее, схватил за руку, его осанка была серьезна, как осень.

У Цаньян вздохнул: «Молодой господин Пэй, вам и лидеру альянса следует идти первыми. Мне еще нужно поговорить с Тань Хуанем. Травмы Цинфэна несерьезны. Спасибо за вашу заботу, молодой господин Пэй».

Пэй Цзинь кивнул в знак согласия, но его взгляд оставался прикован к лицу Тан Хуан, ожидая, когда она примет решение. "Тан Хуан?"

Тан Хуан взглянула на него и улыбнулась: «Я найду тебя позже». Она хотела произвести хорошее впечатление на Пэй Цзиня. Продолжение споров с У Цинфэном только запятнало бы ее послушный образ в глазах Пэй Цзиня. В присутствии Пэй Цзиня она не смела говорить опрометчиво.

Пэй Цзинь вздохнул: «Пусть будет так». Перед уходом он огляделся, и вскоре все разошлись. Затем он ушел вместе с Пэй Гу Мо.

«Отец, ты недоволен тем, что я пошла в семью Пэй?» — прямо спросила Тан Хуан, подняв голову и выпятив грудь.

У Цаньян спокойно сказал: «Мне нечего сказать, и я не доволен и не недоволен. Ты повзрослел и можешь принимать собственные решения. Семья Пэй, может быть, и могущественна, но и их положение сложное. Просто не жалей об этом потом». Он сделал паузу, а затем добавил: «У Цинфэна есть что сказать, поэтому я и оставил тебя здесь».

Тан Хуан кивнула и жестом указала на У Цинфэна: «Что ты хочешь сказать?»

Я ненавижу её! Я ненавижу её! Это человек, которого я ненавижу больше всего в своей жизни! Я ненавижу её, когда она передо мной, и я ненавижу её, когда она уходит! — произнёс У Цинфэн, чётко произнося каждое слово: — У Таньхуань, не думай, что ты уже победил!

Тан Хуан удивленно подняла брови и улыбнулась. «А все остальное в порядке?» Она пожала плечами, посмотрела на двух не очень близких родственников перед собой и сделала шаг вперед. «Если ничего не останется, я пойду».

Погода уже немного потеплела. В полдень солнце не слишком яркое, и земля залита светом.

Она сказала, что уезжает первой, но Тан Хуан не пошла искать Пэй Цзиня. Чувствуя себя подавленной, она бесцельно бродила по вершине Линфэн, удаляясь все дальше и дальше. Она шла некоторое время, затем остановилась, не понимая, о чем думает. Уйти из семьи У всегда было ее желанием, но теперь, когда она действительно уезжала, ее чувства были несколько сложными.

Тан Хуан раздраженно почесала затылок. «Забудь об этом, — подумала она, — даже щенок найдет себе знакомое место, чтобы пописать». Даже если это было не самое лучшее место, даже если это было просто место, похожее на щенячье, оно все равно оставалось ее домом последние несколько лет. В любом случае, для своего будущего ей нужно было лишь отточить навыки боевых искусств. Пэй Гу Мо ценил ее талант, поэтому, естественно, в будущем ей нужно было показывать хорошие результаты.

Подумав об этом, Тан Хуан начала тренироваться прямо на месте. Энтузиазм, оставшийся после недавнего спарринга с Ба Ином, еще не угас. Она использовала несколько приемов кунг-фу семьи У, несколько приемов кунг-фу семьи Пэй и даже попробовала несколько техник владения мечом Ба Ина. Хотя ошибок было много, результаты все равно были весьма впечатляющими.

Внезапно она услышала странный звук. Тан Хуан слегка замерла, но продолжала делать вид, что ничего не произошло. Это был хозяин; лучше его не беспокоить. Возможно, он искал не её, поэтому ей не стоило так уж спешить к нему приближаться.

«Хе-хе». Раздался тихий, необузданный смех, и перед ними внезапно появилась белая фигура с иссиня-черными волосами и тонкой, улыбающейся улыбкой. Его лицо было явно холодным и безразличным, но когда он улыбался, даже Цзян Сюэ таяла.

Глава восьмая: Мастер боевых искусств номер один

Тан Хуан моргнула, ее сердце наполнилось беспомощностью. О нет, он вышел сам. Неужели он действительно пришел ее искать?

Человек в белом даже не взглянул на Тан Хуана. Он стоял, глядя в небо, и сказал: «Ло И, выходи».

«Учитель». В мгновение ока перед Тан Хуанем появился красивый молодой человек с фиолетовыми глазами. На вид он был примерно того же возраста, что и Пэй Цзинь, и кланялся человеку в белом.

Неужели их было двое? Глаза Тан Хуан внезапно расширились. Она явно слышала только один голос. Что это значит? Несомненно, оба были экспертами, но один из них был намного выше того, что можно было бы просто назвать «экспертом».

Итак, какой же из них правильный?

Тан Хуан медленно перевел взгляд, устремив его на человека в белом.

«Ло И, похоже, ты недостаточно серьезно занимаешься боевыми искусствами, раз тебя узнала маленькая девочка». Мужчина в белом слегка улыбнулся и повернул голову, чтобы посмотреть на Тан Хуана: «Как тебя зовут?»

Тан Хуан подняла подбородок и отступила на шаг назад. «Зачем мне вам рассказывать?» Стоит ли ей убегать? Перед ней стояли два эксперта. Если они нападут на нее, она точно не победит. Интуиция подсказывала ей, что они замышляют что-то недоброе. Но сможет ли она сбежать?

«Ничего страшного, если ты не хочешь говорить, я не буду тебя заставлять». Мужчина в белом осторожно поднял руку, и прежде чем Тан Хуан успела отреагировать, рука уже лежала у нее на плече, мягко покоясь там. Тонкие белые пальцы ужаснули Тан Хуан, заставив ее замереть на месте, боясь даже пошевелиться. Даже малейшее движение могло означать верную смерть.

Тан Хуан мало что знала о мире боевых искусств и лишь несколько раз слышала имя Байли Люшан. Взглянув на мужчину в белой одежде перед собой, она вдруг подумала: «Вы Байли Люшан?»

Мужчина в белом рассмеялся, и от этого смеха у Тан Хуан по спине пробежали мурашки. «Это так несправедливо. Я даже не знаю твоего имени, а ты уже знаешь мое». Он небрежно похлопал ее по плечу, и Тан Хуан споткнулась, ее лицо побледнело. «Я наблюдаю за твоими тренировками по боевым искусствам уже некоторое время. Твои навыки впечатляют, и талант тоже хорош. Скажи мне, как тебя зовут?»

"У Таньхуань". Осознавая силу, которая перед ним открылась, Таньхуань льстил ему с подобострастной улыбкой.

Байли Люшан удовлетворенно кивнул: «У вас есть учитель?»

Тан Хуан хотела увернуться от его руки, но, увидев холод в глазах Байли Люшана, отшатнулась. «Я поняла, Пэй Гумо». Независимо от того, состоялась ли церемония посвящения в ученики, она скажет это первой, иначе она не знала, какие уловки этот парень придумает.

На самом деле, говорила она это или нет, Байли Люшан не возражал; это был просто другой стиль игры. «Этот старик Пэй Гумо, э-э…» Байли Люшан опустил глаза и на мгновение задумался, затем повернулся к Ло И и улыбнулся: «Ло И, подойди и сыграй матч с этой девушкой».

Фиолетовоглазый мальчик спокойно сказал: «Учитель, драться с маленькой девочкой, даже если вы победите, нечестно». Ло И взглянул на Тань Хуана: «Это не территория дворца Чжэнъян. Учитель, вам следует поторопиться и заняться своими делами. Не теряйте времени».

Байли Люшан вдруг вспомнил кое-что важное и кивнул: «Это правда». Он мягко посмотрел на неё: «Таньхуань, меч в твоей руке — это Меч Одинокой Пыли, не так ли?»

Тан Хуан съежилась, но, услышав эти слова, тут же, быстро покачав головой, сказала: «Нет, я уже вернула Меч Одинокой Пыли Пэй Цзину». Она не смелла сделать ни одного лишнего движения, но ее руки неосознанно крепче сжали длинный меч в ее хватке.

Байли Люшан не обратил на это внимания и протянул руку, чтобы забрать меч из руки Тан Хуана. «Я боялся, что ты не захочешь с ним расстаться. Даже если это не Меч Одинокой Пыли, отдай его мне».

Тан Хуан едва сдерживал слезы, качал головой и многократно кивал, долго мучаясь, его лицо выражало горечь: «Хотя это и не Меч Одинокой Пыли, я все равно не могу с ним расстаться».

Байли Люшан очень весёлым тоном сказал: «Если вы не хотите, то я ничего не могу сделать». Сказав это, он увидел, как Тан Хуан невольно вздохнул с облегчением, и злорадно добавил: «Если вы не отдадите мне это, у меня не останется другого выбора, кроме как забрать это силой».

Тан Хуан наконец поняла, что происходит; этот человек играл с ней. Она замолчала и поспешно отступила на несколько шагов, но что бы она ни делала, ей не удавалось избавиться от человека перед собой. Она жалобно спросила: «Вам не стыдно ссориться с ребёнком из-за чего-то?»

Байли Люшан подумал и согласился. У этой девушки было очень мало навыков боевых искусств, поэтому сражаться с ней было бы неинтересно. Он повернулся и улыбнулся своему ученику: «Ло И, иди сюда и забери Меч Одинокой Пыли».

Жадный до удовольствий, он тщетно взывал к небу и земле, прижимая к груди Меч Одинокой Пыли, и с надеждой смотрел на стоящего перед ним юношу с фиолетовыми глазами.

Ло И, не выражая ни малейшего удивления, бросился вперёд, даже не поздоровавшись. В мгновение ока они столкнулись лицом к лицу, обменялись одним ударом и одновременно отступили. Ло И был поражён мастерством боевых искусств Тан Хуана, а Тан Хуан почувствовал ещё большее разочарование. Не говоря уже о Байли Люшан, она даже не смогла победить его ученицу, Фу.

«Впечатляющие навыки!» В глазах Байли Люшана мелькнула нотка восхищения, и он проявил необычайную доброту. «Таньхуань, если ты сможешь победить Ло И, я сегодня не заберу твой Меч Одинокой Пыли».

Глаза Тан Хуана ярко сияли, он быстро моргал.

Байли Люшан медленно произнес: «Ло И, если ты сегодня проиграешь этой девчонке, тебе не нужно будет продолжать заниматься боевыми искусствами. Я исключу тебя из секты».

Ло И бесстрастно кивнул.

Тан Хуан почувствовала проблеск надежды. Хотя ее навыки боевых искусств были не так хороши, как у юноши, она все еще могла победить, если применит несколько приемов.