Le charme d'une femme puissante se répand à travers le monde - Chapitre 120
xxx
После той ночи, проведенной в слезах, состояние принцессы ухудшилось. Два дня она лежала в постели в оцепенении. Придя в себя, она отказалась от еды и лекарств, просто прислонившись к изголовью кровати и погрузившись в свои мысли.
Позже нынешний император лично навестил её в павильоне Ифэн, хотя и сам был в состоянии оцепенения и с трудом передвигался.
Он приказал подать принцессе еду, но она лишь мельком взглянула на нее, прежде чем с отвращением отвернуться, не проявляя никакого аппетита.
«Это потому, что у тебя нет аппетита?» — с улыбкой спросил император принцессу.
Принцесса кивнула.
Его улыбка стала шире, и, словно по волшебству, он достал что-то из рукава и протянул принцессе: «Посмотри, что это».
Принцесса опустила взгляд, и, широко раскрыв глаза от удивления, посмотрела на отца.
Это было блюдо из консервированных слив.
«Я слышал, ты не хочешь есть, поэтому принес это. Сливы стимулируют аппетит, а ты их очень любил в детстве… Но теперь ты можешь съесть только две, потом поешь риса с овощами, примешь лекарство, а потом папа даст тебе остальное…»
Принцесса молча слушала, и слезы мгновенно потекли по ее лицу. Прежде чем император успел закончить говорить, она внезапно сбросила одеяло, встала с кровати и опустилась перед ним на колени.
«Отец, — она подняла глаза на отца, который смотрел на нее с удивлением, и четко произнесла: — Я могу расстаться с Хуайцзи».
Одинокий город (Принцесса, влюбившаяся в евнуха) Длинный дым и заходящее солнце, одинокий город, узел, связанный браком
Количество слов в главе: 2320 Время обновления: 09-07-05 10:47
завязывание волос
(2091 слово)
Моя судьба была решена в мягкой атмосфере. Император вновь подтвердил, что не вышлет меня из столицы, а лишь переведет в провинциальную канцелярию. Он также вновь поднял вопрос о моем повышении до должности чиновника в Тяньчжанском павильоне. Я вежливо отказался, сказав: «Повышение евнухов всегда происходит по установленной процедуре и должно осуществляться в установленном порядке. Моего ранга недостаточно для принятия такой важной ответственности. Если Ваше Величество предоставит мне это повышение, цензоры и протестующие непременно выскажут возражения».
Затем император спросил меня: «Так что же ты хочешь делать?»
Я сказал: «Меня перевели из Академии живописи в Императорский дворец. Теперь я прошу Ваше Величество разрешить мне вернуться туда. Мне нет необходимости занимать какую-либо официальную должность. Я был бы доволен, если бы мог просто быть обычным евнухом в Академии живописи, ежедневно организуя эскизы для художников».
И вот, дело было решено. Меня, первоначально чиновника, отвечавшего за резиденцию принцессы, перевели на должность евнуха в бывшую провинциальную академию живописи, что означало понижение в должности на несколько ступеней и отдаление от внутреннего двора. Для посторонних это было равносильно суровому наказанию. Поэтому, когда был издан императорский указ, даже протестующие чиновники смогли его принять и больше не упоминали о моем понижении в должности.
В этот период Ли Вэй уже покинул столицу и отправился в Вэйчжоу. Возможно, по его просьбе его брат Ли Чжан обратился к императору с просьбой разрешить Ли Вэю развестись с принцессой: «Вэй глуп и недостоин милости императора. Я прошу о разводе».
Император и императрица с опаской снова поинтересовались мнением принцессы. Я также достал картину Ли Вэя и описал принцессе ситуацию до и после того, как Ли Вэй выпил императорское вино. Принцесса посмотрела на картину, приказала кому-то убрать её, но всё же покачала головой: «Я знаю, что он хороший человек, но он мне просто не подходит. Мы как два бревна, привязанные к двум сторонам телеги. Кажется, мы можем проехать вместе тысячи миль, но никогда не встретимся».
Поэтому в день Жэньцзы третьего месяца седьмого года правления Цзяюй нынешний император объявил о понижении Ли Вэя в звании с императорского зятя-коменданта до военного комиссара Цзяньчжоу. В то же время, из соображений справедливости, он понизил в звании и принцессу Янь до принцессы И. По идее Сыма Гуана, его титулы, владения и жалование были уменьшены.
Титулы принцесс в династии были похожи на титулы знатных женщин. Однако названия стран различались, а титулы и феодальные владения, которые они получали, также отличались. Королевство И значительно уступало королевству Янь. Однако это наказание практически не повлияло на принцессу. В настоящее время для неё наименее важны слава, положение и богатство.
Император испытывал чувство вины перед семьёй Ли. Хотя Ли Вэй был понижен в звании до императорского зятя, благосклонность императора к нему осталась неизменной. Он даже пожаловал ему двести таэлей золота и послал сообщение: «Даже богатый и знатный простолюдин не обязательно станет мужем принцессы».
Когда все уладилось, пришло время попрощаться с принцессой. Накануне отъезда из резиденции принцесса умоляла наложницу Мяо позволить мне остаться с ней еще на одну ночь, чтобы мы могли побыть наедине и поговорить в последний раз.
Заметив нерешительность наложницы Мяо, принцесса слабо улыбнулась, в ее глазах читалась тоска: «Сестра, как только наступит завтрашний день, мы с Хуайцзи больше никогда в жизни не увидимся».
Мы договорились, что после расставания больше не будем встречаться, даже во время праздников. Это было необходимо, чтобы сдержать обещание, данное императору, и чтобы избежать сильных эмоций в случае нашей следующей встречи.
Услышав эти слова дочери, наложница Мяо не смогла сдержать слез и кивнула в знак согласия с ее просьбой.
В ту ночь Млечный Путь ярко сиял, а нефритовый дворец был безупречно чистым. Принцесса и я сидели рядом на ступеньках коридора. Под карнизами звенели колокольчики, а опавшие лепестки разлетались по благоухающим ступеням. Когда дул ветер, она дрожала от нежной хрупкости. Я распахнул рукава, чтобы защитить её, и она нежно прижалась ко мне. Мы так и оставались, наблюдая, как аромат ночи распространяется по пустому двору, и как лунный свет заливает павильон, словно вода. Долгое время мы молчали, слыша лишь отдаленный звук водяных часов.
К тому времени персиковые и сливовые цветы уже завяли, а сливовые отцвели, но в тени акации во дворе ярко цвела яблоня, а розовая беседка у невысокой стены тоже была покрыта белыми цветами. Когда дул ветерок, аромат оставался.
Принцесса с интересом наблюдала, затем сняла свою лакированную марлевую корону и вышла во двор, чтобы собрать цветы для ее украшения. Я последовала за ней, выбирая яркие цветы для украшения короны. В мгновение ока ее корона была наполнена лепестками красных и белых яблонь и роз.
«Разве это не похоже на свадебный цветочный венок?» — спросила она меня с улыбкой, держа в руках венок.
Венок из цветов был в полном расцвете, словно красная краска на легкой вуали, и действительно напоминал свадебный цветочный венок, поэтому я улыбнулась и кивнула ей.
Ее глаза заблестели, и она вдруг предложила: «А может, я надену его сейчас, и мы проведем свадебную церемонию?»
Я был потрясен и смотрел на нее, потеряв дар речи.
«Я слышала, как Цзяцинцзы рассказывала о своей свадьбе с Цуй Баем. Это было очень интересно и отличалось от моей свадебной церемонии», — сказала она с тоской в глазах. Ее свадебная церемония была разработана такими учеными, как Оуян Сю, на основе ритуалов Чжоу и довольно точно следовала древним обычаям, что действительно сильно отличалось от свадеб обычных людей.
«Я тоже хочу свадьбу, как у нее… Тогда за Ли Вэя вышла замуж принцесса, а теперь Хуэйроу выходит замуж за Хуайцзи…» Она опустила ресницы и робко, тихим голосом спросила: «Хуайцзи, ты согласен?»
Я наконец согласилась на её просьбу. Наложница Мяо уже уволила всех слуг по просьбе принцессы, так что теперь в покоях принцессы остались только мы вдвоём. К тому же, даже если бы кто-то нас увидел, это не имело бы значения. Могло ли быть ещё хуже? Даже смерть больше не угрожала бы мне.
Она с радостью надела цветочный венок, затем пошла в комнату, чтобы найти кусочек разноцветного атласа, завязала его в узел любви, и мы с ней взяли по одному концу, которые затем положили себе на руки. Она пошла спиной вперед и медленно повела меня в спальню.
«Это называется „носовой платок“», — сказала она мне.
Затем мы поклонились друг другу в комнате и сели лицом к лицу на кровать. Следуя ее указаниям, я отрезал прядь волос, и она сделала то же самое. Затем мы связали волосы лентой, образовав любовный узел. Наблюдая за ее движениями, я вдруг понял, что это была церемония «соединения волос», также известная как «связывание волос», очень важный ритуал на свадьбе ста детей. Когда родилась принцесса, Оуян Сю сказал, что церемония «соединения волос» «не имеет своего доктринального значения и поэтому непригодна для последующих поколений», поэтому этот ритуал был исключен из свадебной церемонии принцессы с Ли Вэй.
Затем принцесса попросила меня принести две серебряные винные чаши, соединенные красочной лентой. Мы вместе выпили из одной из них, это обычай, известный как «вино, перекинутое крест-накрест». После того, как мы выпили, она сказала мне, что мы должны бросить винные чаши и венки из цветов вместе под кровать, а затем посмотреть, стоят ли чаши вертикально или нет. Если одна стояла вертикально, а другая — вертикально, это означало «большую удачу».
Я сделала, как она просила, и мы вместе бросили винные бокалы и венки из цветов. Она очень переживала за результат и уговорила меня встать с постели, чтобы проверить бокалы. После проверки я обнаружила, что результат меня не удовлетворил: все бокалы перевернулись вверх дном и упали на пол.
«Как дела?» — заметив, что я потерял дар речи, она нервно спросила, нахмурив брови.
«Очень хорошо, один вверх, один вниз», — сказал я ей с улыбкой. В то же время я тихонько потянулся под кровать и повернул бокал так, чтобы край был обращен вверх.
Всё ещё обеспокоенная, она встала с постели, чтобы проверить, что происходит, и с облегчением увидела, что ребёнок лежит на спине и на коленях. Она радостно улыбнулась.
Не дождавшись поздравлений гостей, следующим шагом было «задернуть шторы». Мы молча легли на кровать в одежде, держась примерно в полуметре друг от друга, и на некоторое время никто из нас не касался другого.
После долгого молчания она спросила меня: «Хуайцзи, сколько сейчас времени?»