Sicherheit - Kapitel 49
«Отец, по-твоему, у кого больше шансов на победу?»
Цинь Хуэй на мгновение задумался и сказал: «По моему мнению, у девятого принца больше шансов на победу. В последнее время император стал всё более равнодушным к делам, и наследный принц лично занимался большинством вопросов. Теперь же, после серии реорганизаций, Тайный совет и шесть министерств видят, как люди наследного принца проникают повсюду. Ситуация сильно отличается от прежней. Однако наследного принца беспокоят лишь сотни тысяч солдат, находящихся в руках Тун Гуаня».
Услышав это, Цинь Чжэнь почувствовал облегчение. Его четвёртый старший брат, Лян Шичэн, действовал как информатор принца Юня, не говоря уже о том, что Тун Гуань не был бы настолько глуп, чтобы возглавить восстание, даже если бы захотел поднять бунт, Лян Шичэн заранее бы их проинформировал. По крайней мере, 100 000 императорских гвардейцев Гао Цю были не просто показухой!
«Отец, я хочу тебя кое о чём спросить. Ты когда-нибудь слышал о человеке по имени Хань Шичжун?»
Цинь Хуэй нахмурился и спросил: «Чжэньэр знает этого человека? Он настоящий пьяница. Не понимаю, как господин Лян может ценить такого человека и принимать его как почетного гостя. С тех пор как Хань Шичжун приехал в Бяньцзин, кроме пьянства и драк, я ничего стоящего о нем не слышал!»
"Что? Как такое могло произойти?"
Цинь Чжэнь был удивлен, и, узнав от Цинь Хуэй, что Хань Шичжун все свое время проводил, выпивая в Фаньлоу на деньги Лян Шичэна, решил на следующий день отправиться в Фаньлоу, чтобы выяснить, что происходит.
На следующий день Цинь Чжэнь решил отправиться в Фаньлоу около полудня, полагая, что к обеду ему удастся увидеть Хань Шичжуна.
Фаньлоу была как всегда полна жизни. Цинь Чжэнь позвала официанта, затем достала нефритовое кольцо на большой палец с золотой инкрустацией, подаренное ей старшим братом, и сказала: «Отведи меня к своему начальнику».
Увидев кольцо, официант сразу узнал Цинь Чжэнь. Затем он проводил её к главному зданию в центре. В бухгалтерии Фань Тяньсян внимательно изучал бухгалтерские книги, когда услышал стук в дверь. Он встал, чтобы открыть её, и был несколько удивлён, увидев Цинь Чжэнь, но ещё больше обрадовался.
Цинь Чжэнь с улыбкой ввела в комнату своего старшего брата, но в её улыбке читалась вина. Она мельком взглянула на бухгалтерскую книгу на столе и сказала: «Старший брат, это моя вина, что я стала причиной того, что ты потерял столько денег в этот раз…»
Фань Тяньсян постучала себя по голове и сказала: «Цветы уже отцвели, зачем об этом говорить? Заходи и садись».
Увидев, что ему, похоже, совершенно все равно, Цинь Чжэнь сел рядом с ним и спросил: «Где мой брат? Я его не видел».
«Вы имеете в виду Юэ Фэя? Он отправился на поединок по боевым искусствам с Хань Шичжуном».
"А?"
Цинь Чжэнь был весьма удивлен. Как же так получилось, что они оказались вместе?
Фань Тяньсян объяснил: «Хань Шичжун каждый день пьет в этом здании, а Юэ Фэй последние несколько дней помогает здесь, потому что ему нечего делать. Каким-то образом они познакомились. Оба мастера боевых искусств, и начали спарринговать. Вчера они не смогли определить победителя, а сегодня сказали, что уехали за город на скачки».
Фань Тяньсян на мгновение замолчал и спросил Цинь Чжэня: «Я слышал от Четвёртого младшего брата, что ты попросил Хань Шичжуна остаться. Я уже встречался с этим человеком. У него довольно прямолинейный характер, и навыки боевых искусств у него неплохие, но он уже несколько месяцев пьян. Какую важную задачу ты рассчитываешь выполнить с этим алкоголиком?»
Его слова, казалось, подразумевали, что он невысоко ценит Хань Шичжуна, но Цинь Чжэнь сдался и сказал: «Посмотрю, когда встречусь с ним. Он... должен стать грозным генералом».
Цинь Чжэнь некоторое время помогал Фань Тяньсяну приводить в порядок бухгалтерские книги, а Юэ Фэй в сопровождении Хань Шичжуна вернулся в здание. Оба, обливаясь потом, дружелюбно болтали по дороге.
Увидев Цинь Чжэнь, Юэ Фэй с радостью представил их друг другу: «Брат Хань, это моя названая сестра Цинь Чжэнь, а сестра, это мой герой Хань Шичжун, с которым я познакомился вчера».
«Здравствуйте, брат Хань», — ласково поприветствовал его Цинь Чжэнь, разглядывая выдающихся исторических личностей.
Хань Шичжун обладал яркими глазами, бровями, похожими на мечи, квадратным лицом и широким лбом. Если бы не бледный цвет лица, вызванный длительным алкоголизмом, он был бы весьма обаятельным. Увидев привлекательную внешность Цинь Чжэня, Хань Шичжун улыбнулся и сказал Юэ Фэю: «Брат Юэ, ты поистине благословен!»
Цинь Чжэнь заинтересовался тем, как они подружились, и сказал: «Брат, уже за полдень, давай поедим и поговорим».
Все трое сели за один стол. Пока Хань Шичжун умылся, Юэ Фэй сказала Цинь Чжэню: «Сестра, этот брат Хань очень искусен в боевых искусствах и даже служил на поле боя. Он настоящий герой! Но в последнее время ему тяжело. По какой-то причине его перевели в поместье некоего Ляна. Он обладает отличными навыками боевых искусств, но не может служить в армии, что его очень расстраивает! Не могли бы вы ему чем-нибудь помочь?»
Оказалось, что Хань Шичжун был обеспокоен этим делом. Цинь Чжэнь улыбнулся и сказал: «Если они талантливы, мы должны им помочь. Я вернусь во дворец через несколько дней. Почему бы мне не упомянуть об этом Чжао Гоу и не попросить его перевести вас всех в Императорскую гвардию?»
«Неужели это правда? Вы увидите способности брата Хана в будущем. Я им очень восхищаюсь, в этом нет никаких сомнений!»
Хань Шичжун случайно услышал, как Юэ Фэй хвалит его, и сказал: «Брат Юэ, пожалуйста, перестань меня хвалить. Мы провели несколько матчей, и ни одна из сторон не победила. Я восхищаюсь тобой ещё больше. Такой молодой человек, как ты, — настоящий герой!»
Видя взаимное уважение между ними, Цинь Чжэнь заверил Юэ Фэя: «Если брат Хань согласится, я, естественно, помогу тебе это сделать».
Хань Шичжун в замешательстве спросил: «На что соглашаться?»
Юэ Фэй объяснил: «Цинь Чжэнь — служанка принца Гуанпина. Обычно мы обмениваемся несколькими словами. Если брат Хань согласится, я планирую, чтобы он присоединился ко мне в Императорской гвардии. Что ты думаешь по этому поводу?»
«Имперская гвардия? Процесс отбора в Имперскую гвардию очень строгий; я не могу просто так решить вступить в неё».
Цинь Чжэнь уверенно заявил: «У брата Хана есть способности и желание служить стране. Если вы согласны, остальное предоставьте мне».
Хань Шичжун был столь же сообразителен. Видя, как непринужденно Цинь Чжэнь чувствует себя в Фаньлоу, и зная, что она была служанкой принца Гуанпина, но могла дать такое непростое обещание, он понял, что у нее, должно быть, необычное происхождение.
Он немного подумал и спросил: «Принц Гуанпин, о котором вы упоминали, — это тот девятый принц, который в юном возрасте десяти лет отправился с миссией в царство Ляо?»
Юэ Фэй сказал: «Конечно, это он».
Хань Шичжун кивнул, сжал кулаки и сказал: «У девятого принца высокие устремления. Для меня будет честью служить ему. Я доверяю вам двоим всё!»
Юэ Фэй и Цинь Чжэнь были очень рады. Подняв тост за Хань Шичжуна, Хань Шичжун с беспокойством сказал: «Господь Лян занимает высокое положение и обладает огромной властью. Он перевел меня из армии в столицу, но я не знаю почему. Боюсь, если я захочу служить девятому принцу, мне придется пройти через него».
Юэ Фэй не знала о связи между Лян Шичэном и Цинь Чжэнь, но Цинь Чжэнь знала об этом лучше всех. Причина, по которой Лян Шичэн привёл сюда Хань Шичжуна, заключалась в её предыдущих указаниях.
Подумав об этом, Цинь Чжэнь не осмелилась сказать это вслух. Если бы Хань Шичжун узнал, что она доставляла ему неприятности больше полугода, его бы, наверное, "избили"!
После короткого разговора Цинь Чжэнь достала из-за пояса парчовый мешочек, который ей доверила У Шаофэнь, и передала его Юэ Фэю со словами: «Это то, что сестра Шаофэнь просила меня тебе передать. Брат, пожалуйста, береги его!»
Юэ Фэй осторожно достал парчовый мешочек, слегка погладил его, но не открыл, а аккуратно спрятал в карман. Увидев его выражение лица, Хань Шичжун и Цинь Чжэнь оба рассмеялись, их нежная привязанность переполняла их!
Том второй: Орёл парит в небе 091 Сюрпризы и много хорошего впереди
После короткого визита домой Цинь Чжэнь вернулся во дворец в приподнятом настроении, как раз когда Чжао Гоу возвращался в зал совета. Чжао Гоу, уже сияющий от радости, был еще больше рад возвращению Цинь Чжэня. Он поспешил вперед и воскликнул: «Отец наконец-то согласился на союз с Ляо против Цзинь!»
"Правда? Всё так быстро уладилось! Это замечательно!"
Цинь Чжэнь тоже очень обрадовался этой новости. Похоже, Чжао Кай полгода работал напрасно.
Чжао Гоу и Цинь Чжэнь вошли в кабинет вместе, и, идя туда, Чжао Гоу сказал: «Согласно договоренности, двор как можно скорее направит подкрепление и провизию в царство Ляо. Мой брат, наследный принц, уже начал это делать, так что вам больше не о чем беспокоиться».
Цинь Чжэнь с благодарностью посмотрел на Чжао Гоу, понимая, что всё это время он помнил о её переживаниях.
Вместе с этими новостями Чжао Гоу был возведен в ранг принца Кана, а Вэй Ваньжун — в ранг наложницы Вэй. Даже резиденция принца Кана за пределами дворца строилась. Все шло исключительно гладко.
С наступлением зимы и переходом в осень, пришел еще один год благоприятного снегопада и обильного урожая. Цинь Чжэнь сидел под карнизом, держа в руках грелку для рук, и наблюдал, как Чжао Гоу, одетый в черную парчовую военную форму с серебряной отделкой, спарринговал с Юэ Фэем, одетым в форму охранника, среди кружащегося снега.
Чжао Гоу не мог сравниться с Юэ Фэем, но он был ловким и разносторонним бойцом, и Юэ Фэй, который изначально руководил им в спарринге, начал незаметно следовать его ритму.
Одетый в чёрное юноша грациозно кружился в воздухе, его меч внезапно отлетел назад, издав свистящий звук, разбрасывающий снежинки. В его круглых, сверкающих глазах читалась леденящая аура; хотя это был поединок по боевым искусствам, серьёзность на его лице заставила Юэ Фэя отнестись к нему ещё серьёзнее.
Лю Ци и Хань Шичжун, стоявшие, сложив руки за спиной, часто кивали. Разумеется, Цинь Чжэнь видел в их глазах похвалу в адрес Чжао Гоу.
После раунда боев, даже на ледяном холоде, на их лбах выступили капельки пота. Казалось, они действительно выложились на полную.
Чжао Гоу бросил меч, который держал в руке, вытащил длинное копье из стоявшей рядом оружейной стойки и сказал Лю и Хану: «Идите вы двое, атакуйте вместе!»
Хань Шичжун с удивлением воскликнул: «Ваше Высочество хотите сразиться с нами тремя? Вы нас недооцениваете!»
За последние несколько месяцев Чжао Гоу привык к неординарному и раскованному характеру Хань Шичжуна. Видя в нем способного человека, он никогда не пытался разглядеть неуважительный подтекст в словах Хань Шичжуна.
Он перевернул копье вверх ногами и сказал: «На поле боя вы должны противостоять тысячам солдат. Какой смысл сдерживать только одного человека?»
"хороший!"
Лю Ци вытащил длинную палку и метнул алебарду в Хань Шичжуна. Нож Юэ Фэя был заменен луком и стрелами, но наконечники стрел были заменены куском ткани, смазанным белым порошком.
Все переоделись в оружие. Чжао Гоу, размахивая длинным копьем, крикнул: «Вперед!»
Лю Ци и Хань Шичжун атаковали с двух сторон одновременно, в то время как Юэ Фэй, находясь за пределами поля боя, также натянул свой лук и прицелился в хаотичную толпу.
Пристальный взгляд Чжао Гоу, его мощные движения и особенно едва уловимая аура авторитета, исходящая от него, внушали благоговение, даже когда он явно находился в невыгодном положении.
Оружие сплелось в беспорядочную кучу, воздух наполнился звуком летящих стрел. К тому времени, как Чжао Гоу совсем обессилел, его тело покрылось бесчисленными белыми пятнами. В последний момент Хань Шичжун безжалостно отбросил копье.
Лю Ци посмотрел на Хань Шичжуна и слегка покачал головой, давая понять, что не стоит так смущать принца, но Чжао Гоу лишь вздохнул, улыбнулся, поправил одежду и встал.
Он указал на белые пятна на своем теле и сказал: «Если бы это было на поле боя, меня бы давно изрешетили стрелами. Это совершенно бесполезно».
Юэ Фэй шагнул вперёд и сказал: «Ваше Высочество ещё молод. Со временем вы непременно сможете доминировать на поле боя и стать непобедимым».
Хань Шичжун сложил руки в кулаки и рассмеялся: «Ваше Высочество, даже если бы вы сейчас отправились на поле боя, это не составило бы проблемы. Но столкнуться одновременно с такими грозными врагами, как мы, было бы довольно сложно».
Чжао Гоу был ошеломлен, а затем понял, что эти трое охранников рядом с ним — не обычные люди; каждый из них мог справиться с сотней человек. Он почувствовал удовлетворение, подумав про себя: «Чем я заслужил таких способных подчиненных?»
Цинь Чжэнь принёс четверым на подносе чай и сказал: «Так холодно, почему бы вам не отдохнуть? Вы потеете, да ещё и ветер дует. Будьте осторожны, чтобы не простудиться».
«Занимающиеся боевыми искусствами не настолько слабы. Не могут быть такими».
В этот момент к нам подошел Чжао Хуань, одетый в желтые одежды наследного принца, и улыбнулся: «Похоже, я опоздал и пропустил хорошее представление!»
После того, как все отдали дань уважения, Чжао Гоу сказал: «Они просто подерутся со мной; здесь не на что смотреть».
Сегодня Чжао Хуань выглядел румяным и полным энергии, словно произошло что-то хорошее. Чжао Гоу спросил: «Брат, что тебя так радует?»
«Пойдем, девятый брат, зайдем внутрь и поговорим».
В комнату вошли Чжао Хуань и Чжао Гоу, пригласив лишь Цинь Чжэня подать чай. Цинь Чжэнь предположил, что ему нужно обсудить какие-то важные государственные дела, но Чжао Хуань улыбнулся и сказал: «Девятый брат, Ваше Величество вот-вот женится!»
«О? Неужели? Поздравляю, Ваше Величество!» Чжао Гоу был несколько удивлен, поскольку никогда не слышал о выборе наследной принцессы.
«Интересно, какая из этих молодых леди станет невесткой императрицы?»
Чжао Хуань сказал: «Она старшая дочь Чжу Гуйны, герцога Фу. Вы уже встречались с ней раньше».
«Я это уже видел?» — недоуменно спросил Чжао Гоу.
Только после того, как Чжао Хуань напомнил ему об этом, Чжао Гоу вспомнил, что это тот самый «лжеученый», с которым они чуть не столкнулись на улице в прошлом году. Вспоминая тот случай и видя счастливое выражение лица Чжао Хуаня, казалось, что он сам боролся за этот брак; неудивительно, что он ничего не слышал о выборе наследной принцессы.
Возможность быть с любимым человеком — это такая редкость для принца. Чжао Гоу еще раз искренне поздравил его, сказав: «Возможность жениться на любимом человеке — это поистине повод для праздника. Поздравляю, Ваше Величество!»
Чжао Хуань не смог скрыть улыбку и сказал: «Когда девятый брат вырастет, он должен жениться на той, кого любит. Тогда твой старший брат обязательно примет за тебя решение!»
Цинь Чжэнь почувствовала, как Чжао Хуань взглянул на нее, произнося эти слова, и тут же ощутила на себе взгляд Чжао Гоу, отчего ее лицо покраснело.
Опасаясь, что Цинь Чжэнь может почувствовать себя неловко, Чжао Гоу быстро сменил тему, сказав: «Кстати, Ваше Величество, как обстоят дела в Ляо?»
Перейдя к делу, Чжао Хуань, с трудом сдерживая улыбку, сказал: «Дела идут гладко. Первая партия припасов прибыла, и 50 000 воинов господина Туна вошли на территорию Ляо. Хотя император Ляо покинул Чжунцзин в прошлом месяце, пока Нанкин остаётся, пламя войны не достигнет границ династии Сун».
Говоря о войнах династии Ляо, Цинь Чжэнь должен отметить, что историю трудно игнорировать. После падения Шанцзина Чжунцзин также был захвачен народом Цзинь. Теперь две из пяти столиц Ляо потеряны, а Дунцзин отделен Бохайским заливом. Армия Ляо может удерживать только Нанкин и Сицзин!
Жители Ляо по-прежнему надеялись на поддержку со стороны династии Сун. Хотя Цинь Чжэнь был недоволен тем, что Тун Гуань возглавил войска на севере, в настоящее время изменить ситуацию казалось маловероятным. Он мог лишь надеяться, что Тун Гуань поставит во главу угла общую ситуацию и будет вести войну достойно.