Sécurité - Chapitre 13
Пэй Цзинь поднял бровь: «Ты знал, что мне не нравится, когда ты убиваешь людей, и всё же помог мне убить Тан Вэйю?»
Тан Хуан скрутила руки и нерешительно сказала: «Я хочу тебе кое-чем помочь».
Пэй Цзинь безучастно посмотрел на неё, затем внезапно глубоко вздохнул; его чувства были невероятно сложными. Что ему сказать об этом ребёнке? Он погладил её по голове, его голос был слегка гнусавым: «Глупая девочка».
Тан Хуан наклонился к нему ближе, вдохнул его освежающий аромат и усмехнулся: «Позвони мне еще пару раз».
Пэй Джин беспомощно спросил: «Ты так рад, что тебя называют глупым ребёнком?»
Тан Хуан прижалась головой к его груди, чувствуя себя так комфортно и тепло. «Мне нравится, как ты меня называешь».
Тан Хуан была в прекрасном настроении, лучше, чем когда-либо. Она, пританцовывая, побежала домой и заснула, напевая какую-то мелодию. У Цинфэн, увидев её позднее возвращение, хотел проявить братскую заботу и отругать её. Но, увидев её улыбку, У Цинфэн невольно отступил на шаг назад. Это было слишком жутко; неужели в эту девушку вселился призрак?
Следующий день выдался ясным и солнечным, и братья У встали рано. Первым был матч У Цинфэна, и Тан Хуань лениво спросил: «Кто твой сегодняшний соперник?»
Выражение лица У Цинфэна было серьезным. «Ба Ин».
Тан Хуан медленно шла, заложив руки за голову, когда внезапно остановилась и широко раскрыла глаза. Через мгновение она безрадостно рассмеялась: «Ты обречена. Твоя соперница — Ба Ин. Тебе суждено не попасть в четверку лучших».
У Цинцю с тревогой спросила: «Тан Хуань, ты думаешь, что Ба Ин могущественнее?»
Тан Хуан злорадствовал и много раз кивнул: «У Цинфэн даже близко не сравнится с ним. У Цинфэн, ради нашей многолетней дружбы, я советую тебе не соревноваться. Ты же не хочешь потерять руку или ногу, верно?»
У Цинфэн злобно посмотрел на неё: «Ты думаешь, я слабее Ба Ин?»
Тан Хуан хотела еще немного его спровоцировать, но в ее сердце внезапно вспыхнула доброта, поэтому она воздержалась от слов. «Если отбросить силу, твои движения не так безжалостны, как у Ба Ина. Каждое движение Ба Ина — это как будто он собирается убить своего противника. Такой настрой позволяет ему наносить удары без колебаний, что делает его быстрее. Что касается тебя, твои движения похожи на танец. Они красивы, но, к сожалению, это всего лишь показуха без содержания».
"Ты хочешь сказать, что я только красива, но ничего собой не представляю?" Лицо У Цинфэна помрачнело, когда он подошел к Тань Хуань и сердито посмотрел на нее.
Взгляд Тан Хуана метался из стороны в сторону, затем он вздохнул: «Брат, твоё лицо почти касается моего. Есть разница между мужчинами и женщинами». «Я имел в виду твои навыки боевых искусств, а не тебя как личность. К тому же, это была всего лишь метафора».
«Хм». Его тяжелое дыхание обдало ее лицо, и У Цинфэн отвернулась с видом утонченной элегантности: «А что, если я выиграю?»
«Если ты побеждаешь, значит, побеждаешь», — пожал плечами Тан Хуан. «Чудеса иногда случаются».
У Цинфэн крепко сжал свой длинный меч, вены на его лбу вздулись. «Если я одержу победу, ты должен пообещать мне одну вещь».
Тан Хуан удивленно спросил: «Какая мне разница, выиграете вы или нет?»
«Пока вы носите фамилию Ву, это вас не касается!»
Вопрос о том, будет ли человек предаваться удовольствиям, еще предстоит выяснить.
Одетый в белое парчовое платье, с лицом, прекрасным, как нефрит. Если не знать характер У Цинфэна, его внешность легко могла ввести в заблуждение. Тань Хуань стояла внизу сцены, подперев подбородок рукой, и размышляла. У Цинфэн был вежлив со всеми, кроме неё. Были ли они врагами в прошлой жизни? Какая трагическая судьба — как получилось, что она стала его сестрой?
Ба Ин по-прежнему был одет во всё чёрное, излучая внушительную ауру. Выйдя на сцену, он устремил взгляд на У Цинфэна и вытащил меч. После того, как лидер Альянса Пэй произнёс «Начало», они атаковали почти одновременно. Раздался громкий «лязг» — столкновение оружия. Скорость их ударов была примерно одинаковой, хотя У Цинфэн был немного слабее в силе, но компенсировал это превосходной техникой.
Тан Хуань внимательно наблюдала за поединком. Если бы его противником не был Ба Ин, у У Цинфэна было бы гораздо больше шансов на победу. К сожалению, все приемы Ба Ина были смертоносными; все техники были бесполезны против него. Существует большая разница между техниками убийства и техниками боевых искусств. Лично Тан Хуань предпочитала техники убийства, но семья У была престижной и праведной сектой, поэтому она не могла быть слишком самонадеянной.
Время тянулось медленно, лицо У Цинфэна покрылось потом, выражение его лица стало серьезным. Выражение лица Ба Ина оставалось неизменным от начала до конца, его взгляд был подобен взгляду леопарда, высматривающего добычу и готового к нападению.
Судя по его молодому возрасту, этот человек, должно быть, уже убил немало людей. Тан Хуан с большим интересом посмотрел на Ба Ина.
У Цинцю схватила свою одежду и встревоженно спросила: «Таньхуань, с твоим братом что-то случилось?»
«Неплохо, Цинцю действительно раскусил?» — улыбнулся Тан Хуань и сказал: «Я уже говорил, что У Цинфэн не ровня Ба Ину. Он не поверил и настоял на участии в соревновании. На этот раз он усвоил урок».
У Цинцю сказал: «Я не думаю, что мой брат слабее Ба Ина. Скорость у них примерно одинаковая, так почему же мой брат не может победить?»
После недолгой паузы Тан Хуан сказал: «У них двоих разный жизненный опыт».
«У брата огромный опыт в боевых искусствах; он точно ничуть не хуже того человека в чёрном!»
«У У Цинфэна, безусловно, богатый опыт участия в соревнованиях по боевым искусствам, — спокойно заметил Тан Хуань, — но Ба Ин, должно быть, имеет опыт убийства людей».
У Цинцю робко отпустила его руку и молчала. Видя, как на сцене становится все более критической ситуация для У Цинфэн, она наконец не удержалась и спросила: «Таньхуань, что, по-твоему, нам следует делать?»
Он предавался удовольствиям, и это его не касалось, поэтому он сказал: «Заставьте его признать поражение».
У Цинцю с тревогой сказал: «Но мой брат никогда не признает поражения».
"...Тогда я не знаю."
«Тан Хуан, твой отец ясно сказал тебе хорошо защищать своего брата», — в панике выпалил У Цинцю. «Если с твоим братом что-нибудь случится, отец не оставит тебя в покое».
Выражение лица Тан Хуан на мгновение застыло, но затем она снова улыбнулась: «Если бы вы не упомянули об этом, я бы действительно забыла».
У Цинцю виновато произнесла: «Я… я… я просто надеюсь, что вы сможете спасти моего брата».
Тан Хуан взглянула на нее, на ее губах играла горькая улыбка. "Я знаю".
У Цинфэна внезапно сбили с ног на сцене. Глядя на приближающийся к нему изогнутый клинок, он спокойно закрыл глаза. Ну и что, если он умрет? Бояться нечего.
«Семья У признает поражение». Голос Тан Хуана достиг ушей Ба Ина еще до того, как его клинок коснулся У Цинфэна. Ба Ин поднял глаза, не выражая никаких эмоций. «Лидер Альянса Пэй, полезна ли такая капитуляция?»
Пей Гумо пристально посмотрел на Тан Хуана, покачал головой и сказал: «Это принесет пользу только в том случае, если ваш противник сам признает поражение».
Взгляд Тан Хуана был угрожающим. «У Цинфэн, тебе лучше признать поражение».
Ба Ин ждал, пока У Цинфэн заговорит, лезвие все еще было прижато к его шее.
У Цинфэн повернулся к Тань Хуаню и, спустя долгое время, улыбнулся: «Нет, я не признаю поражения».
«Дурак, дурак, дурак! Безнадежно глупый!» — мысленно спросила Тан Хуань небеса. Неужели победа или поражение важнее самой жизни? Вздох. Если отец узнает о ее попытке завязать отношения на публике, ничего хорошего из этого не выйдет. Однако слова Пэй Цзиня эхом звучали в ее голове. Дело было не в том, что она не хотела участвовать, а в том, что она не смела. Она давно мечтала о турнире по фехтованию на мечах Линфэн, и такой соперник, как Ба Ин, был именно тем, на кого надеялась Тан Хуань. Ее руки чесались; хорошо, что она сделала этот шаг сейчас, и у нее будет совершенно законная причина объяснить все отцу.
Ба Ин холодно посмотрел на У Цинфэна, намереваясь пронзить его ключицу. Внезапно появилась вспышка серебристого света, за которой последовал громкий лязг. Он почувствовал легкое онемение в руке, ощутив опасность, и тут же с ловкостью отступил на три шага назад.
В этот момент Тан Хуань, стоя перед У Цинфэном и держа в руках Меч Одинокой Пыли, со сладкой улыбкой произнес: «Пожалуйста, проявите милосердие».
Один-единственный удар мечом отбросил Ба Ина назад, чего никогда прежде не случалось в предыдущих поединках. Движения Ба Ина всегда были направлены на атаку, но теперь маленькая девочка отбросила его на три шага назад. Весь зал был ошеломлен.
Рука Тан Хуан двигалась взад и вперед, Меч Одинокой Пыли кружился вокруг ее запястья, его свет игриво образовывал круги перед ее глазами. Тан Хуан моргнула: «Хочешь продолжить?»
Ба Ин прищурился: «Уступите дорогу!»
Тан Хуан невинно рассмеялся: «Не может быть».
Выражение лица Ба Ина оставалось холодным, как лед; ему было все равно на все остальное, он убьет любого, кто встанет у него на пути. Для шестнадцатилетнего юноши это был совершенно сокрушительный удар, сила которого могла рассечь человека надвое.
Выражение лица Тан Хуань стало суровым. Она парировала удар своим Мечом Одинокой Пыли, и прежде чем лезвие коснулось сабли, она скользнула вниз, рассекая ноги Ба Ина. Если бы Ба Ин не увернулся, кости его ног наверняка были бы сломаны. Поэтому он подпрыгнул вверх, не меняя направления атаки изогнутой саблей, и сначала рассек Тан Хуань, а затем У Цинфэна.
Тан Хуан недовольно нахмурился, собрался с силами и вытянул меч под углом. Его движения были в духе семьи У, но в его фехтовании чувствовались черты Пэй Гу Мо, лидера Великого Альянса. Этот искусно выполненный приём, продемонстрированный Тан Хуаном, на удивление показался удивительно гармоничным.
Обладание огромной внутренней энергией и виртуозным владением мечом.
Серебристый свет проник в мое сердце, словно замысловатая диагональная линия.
На этот раз Ба Ин отступил более чем на три шага. Он больше не мог позволить себе атаковать и быстро отступал, ловко передвигаясь ногами. Пока он отступал, Тан Хуань, естественно, преследовал его. Если один удар мечом не срабатывал, следовал другой; если сердце подвело, он пронзал шею.
Он был безжалостен, а она — ещё безжалостнее в своих действиях!
Дыхание Ба Ина было прерывистым, его взгляд был прикован к Тань Хуаню. На шее у него были пятна крови, а одежда разорвана на груди. Низким, угрожающим голосом он спросил: «Почему семья У не послала тебя участвовать?»
Тан Хуан поднял брови, улыбнулся и, сжав кулаки в приветствии, сказал: «Спасибо за комплимент». Затем он добавил: «Вы хотите меня похвалить, верно?»
Ба Ин больше ничего не сказал, его лицо было мрачным, он не знал, продолжать ли матч. Он посмотрел на Пэй Гу Мо и спросил: «Лидер Альянса Пэй, кто победитель этого матча?»
Когда Тан Хуан сделала свой ход, все, кто находился ниже сцены, пристально наблюдали. Те, у кого зрение было менее острым, заметили лишь впечатляющие движения девушки и её превосходные навыки боевых искусств. Однако тех, у кого зрение было лучше, одолевали вопросы: откуда эта девушка знает кунг-фу лидера Альянса Пэя? Может быть, она тайная ученица лидера Альянса Пэя? Если так, это объяснило бы, почему боевые искусства такой юной девушки настолько грозны.
Пэй Гу Мо тоже был ошеломлён, его мысли метались. Первой реакцией было повернуться к Пэй Цзинь, вопросительно глядя на неё: «Ты её этому учил?»
Пэй Цзинь встретила его взгляд, медленно кивнула, затем покачала головой и тихо прошептала, не желая, чтобы другие услышали: она научилась этому сама.
Что значит, она сама этому научилась? Как она могла этому научиться без чьего-либо обучения? Пей Гумо тоже передавал сообщение издалека, не шевеля губами.
Она наблюдала за этим, и тогда поняла, как это произошло. Пей Цзинь выглядела спокойной, но в ее глазах мелькнула легкая улыбка.
Глаза Пэй Гу Мо расширились. «Что?» — выпалил он, переполненный эмоциями. Как только он заговорил, он осознал, что потерял самообладание, и пристально посмотрел на Тан Хуана на сцене. Его взгляд становился все более глубоким. Спустя долгое время он погладил бороду и многозначительно улыбнулся. «Цзиньэр, у тебя, безусловно, хороший вкус».
Пэй Цзинь оставался бесстрастным, не произнося ни слова, ни объяснения.
В этот момент Ба Ин спросил, кто победил в поединке. Пэй Гу Мо усмехнулся и махнул рукой, не дав прямого ответа: «Ба Ин, даже если я объявлю тебя победителем, если ты не победишь такую молодую девушку, кто в мире боевых искусств будет тебя уважать?»
Услышав это, Пэй Цзинь нахмурился, в его глазах мелькнула тревога. «Отец, что ты пытаешься сделать?»
«Ничего». Взгляд Пэй Гу Мо не отрывался от сцены. Если всё, что сказала Цзиньэр, правда, то эта девочка — настоящий вундеркинд. Он хотел увидеть, насколько она искусна.
Почему бы вам не объявить «Иглз» победителями?
— Почему ты так спешишь? — Пэй Гу Мо взглянул на него. — Я знаю, что делаю, и не позволю Ба Ину причинить вред твоей возлюбленной.
Пей Цзинь одновременно развеселилась и разозлилась, но ее щеки слегка покраснели. «Что за чушь ты несешь?»
Пей Гумо с улыбкой взглянул на своего любимого сына и больше ничего не сказал.
Ба Ин посчитал слова лидера альянса Пэй вполне логичными; если он не смог победить даже такую молодую девушку, то у него точно нет никакой репутации. Однако после этих нескольких ходов он, естественно, не осмелился недооценить своего противника и спросил: «Как тебя зовут?» Впервые в жизни ему захотелось узнать имя своего противника.
«У Танхуань».
Ба Ин кивнул. «Если вы сейчас отойдете в сторону, я могу вас отпустить».
Тан Хуан рассмеялся и сказал: «Я отвечу тебе тем же. А теперь отойди в сторону, и я тебя прощу».
У Цинфэн уже поднялся, но его внутренние повреждения были довольно серьёзными, и он не мог сражаться в данный момент. Он неохотно посмотрел на Тан Хуана и раздражённо сказал: «Мне не нужно, чтобы ты за меня заступался».
«Мой дорогой брат, не льсти себе». Тан Хуан направила вперед Меч Одинокой Пыли, лезвие отражало солнечный свет ей в глаза, его холодный свет сверкал. «Я делаю это не ради тебя».
Ба Ин тоже разволновался и низким голосом сказал: «Тогда, пожалуйста, просветите меня».
Заметив на себе чей-то взгляд, Тан Хуан обернулась и улыбнулась, встретившись взглядом с Пэй Цзинь. Ее улыбка сияла, как весенние цветы, и она даже помахала рукой. На глазах у всех этот жест, несомненно, должен был дать понять, что у нее и Пэй Цзинь близкие отношения, не так ли? — подумала Тан Хуан, чувствуя себя весьма довольной собой.
Ба Ин с убийственной точностью владел своим изогнутым мечом. Хотя в предыдущем поединке он был самым безжалостным бойцом, он и раньше действовал довольно осторожно и сдержанно. Столкнувшись с Тан Хуанем, равным ему по силе противником, он не мог не испытывать волнения. Несмотря на свою обычно холодную натуру, его глаза горели огнем.
При столкновении лезвий полетели искры.
Звук лязга оружия был оглушительным, громким и приятным для слуха.
Обе двигались с невероятной скоростью, их остаточные изображения размывались по сцене. Тан Хуан никогда не играла по правилам; она атаковала любую возможность, нацеливаясь на вашу слабость. Даже не думайте проявлять милосердие; считайте себя счастливчиком, если она не добьёт вас, когда вы уже повержены.
Ба Ин тоже не святой; он никогда не уступит только потому, что его противница — маленькая девочка. Неважно, мужчина она или женщина, старая она или молодая, главное, чтобы она была противницей, и тогда её следует безжалостно устранить.
Хотя дыхание Тан Хуана было учащенным, ритм оставался ровным. На его губах играла легкая улыбка, но темные глаза были холодны, как вода. Длинный меч рассекал воздух, каждый проблеск света был острым лезвием, способным отнять жизнь.
Ба Ин использовал три части своих сил для защиты и семь частей для нападения, но, к сожалению, его нападение не принесло никакого преимущества, и его защита часто прорывалась Тан Хуанем. Хотя он и оказался в невыгодном положении, на данный момент счет оставался равным.
Они слишком жаждут мимолетных удовольствий и им не хватает терпения, они стремятся к быстрой и легкой победе.
Приёмы Тан Хуана всегда представляли собой смесь обманных движений и реальных атак, где реальные атаки вплетались в обманные движения, а обманные движения — в реальные, постоянно чередуясь между ними. Это было полной противоположностью боевому стилю Ба Ина, где каждое движение было смертельным ударом, не оставляющим места для отступления. Самое большое различие между Тан Хуаном и ним заключалось в силе — разнице в силе между мужчинами и женщинами, а также в разнице в силе между людьми с разницей в возрасте в четыре года.
Однако на этот раз, когда Ба Ин атаковал, Тан Хуан даже не увернулся. Меч Одинокой Пыли издал низкое шипение, похожее на восторженные крики победителя. Меч Одинокой Пыли и изогнутое лезвие в руке Ба Ина столкнулись в настоящем столкновении. Серебристый свет был ослепительным. С громким «хлопком» оба использовали всю свою внутреннюю силу, не желая отступать.
Внезапно ятаган издал странный звук. Ба Ин слегка нахмурился, отступил на шаг назад и посмотрел на трещину на ятагане. Медленно он перевел взгляд на Тань Хуана.
Жадная улыбка осталась неизменной.
«Ничья!» — объявил Пэй Гумо. Он увидел всё, что нужно было увидеть, и знал всё, что нужно было знать, поэтому продолжать поединок было необязательно. Он мягко и доброжелательно улыбнулся: «Таньхуань, твоё оружие имело огромное преимущество. Меч Одинокой Пыли — знаменитый меч среди мечей, поэтому ятаган Ба Ина и сломался». Конечно, это была лишь часть причины; внутренняя сила юной девушки также была весьма значительной.
Тан Хуан подняла брови, всё ещё обиженная. Даже не владея Мечом Одинокой Пыли, она была уверена в победе. Ей просто не хватало терпения затягивать и она хотела быстрой победы, поэтому и прибегла к прямой конфронтации.