※ ※ ※ ※ ※ ※
Раздел 2
Армия бесшумно шла по снегу, длинная вереница из десятков тысяч человек тянулась насколько хватало глаз, ее начало и конец были невидимы. Ли Цзюнь смотрел вперед и назад, и в нем поднималось глубокое чувство благоговения.
Если бы маршал Лу был жив, он наверняка испытывал бы те же чувства, что и он, зная, что командует силой, намного превосходящей по численности первоначальную Непобедимую армию.
Прошло три дня с тех пор, как они вошли на территорию Чэня. Перед отъездом из Хуэйчана он приказал своему главному охраннику, Цзэн Ляну, и трем своим старшим подчиненным сопроводить четырех девушек обратно в город Куанлань. Хотя их и описывали как пожилых, это было лишь в относительном смысле; ни одной из них не было больше тридцати. У Ли Цзюня была более глубокая цель в том, чтобы поручить им сопроводить их.
Как опытные миротворцы, они должны были бы уже остепениться. Обычные наемники часто вынуждены продавать свои жизни на войне из-за бедности, но миротворцы — другие. Это солдаты со своими базами и домами; у них есть общественный дом, и им также следовало бы иметь частный. Эти четверо парней постоянно обсуждают, что делать, когда видят красивую женщину. Теперь, когда им представился такой шанс, они должны знать, как себя вести. Я никак не могу научить их, как ухаживать за девушкой.
Мысли Ли Цзюня были совершенно нехарактерны для его возраста, и, строго говоря, он сам совершенно не представлял, как ухаживать за девушками. В этот момент он не учитывал, что этим четырём нежным цветочкам, выращенным в оранжерее, нужен кто-то, кто умеет их лелеять и заботиться о них, кто-то утончённый и остроумный, с кем можно вести романтические беседы, а не просто воины, умеющие только сражаться. Конечно, это была не вина Ли Цзюня; он сам не понимал психологию девушек.
Стратегия Ли Цзюня по наступлению в новогоднюю ночь оказалась успешной. Армия повстанцев секты Ляньфа не знала, что Армия Мира двинется вперед, пока все заняты празднованием Нового года, и поэтому была не готова к маршруту Ли Цзюня. Армия Мира продвигалась с неудержимой скоростью. Командир авангарда Лань Цяо часто посылал шпионов, чтобы сообщать о том, что они видят впереди. По пути у Армии Мира было два небольших столкновения с крестьянскими повстанцами. Благодаря доблестным усилиям Лань Цяо, основные силы Армии Мира даже не успели догнать их, прежде чем сражения закончились. Однако Лань Цяо не смог нанести тяжелый удар истощенным «бандитам» и вместо этого лишь разгромил их, в результате чего число убитых составило менее трехсот человек.
«Доклад командиру». Лошадь шпиона остановилась перед Ли Цзюнем, и он крикнул: «Впереди город Нинван. Внутри города 10 000 повстанцев. Авангард Лань тоже прибыл за город. Стоит ли нам атаковать или отложить наступление?»
Ли Цзюнь нахмурился. Лань Цяо был редким и храбрым генералом, но не тем, кто мог бы в одиночку противостоять врагам. В его распоряжении было 15 000 человек в Мирной армии, и он находился на волне двух побед. Он мог бы воспользоваться возможностью и начать стремительное наступление на Нинван, но вместо этого послал кого-то за советом. Хотя это был взвешенный шаг, он все же упустил шанс.
К счастью, это не имело значения. Ли Цзюнь перевел взгляд вперед. Поскольку возможность внезапной атаки и захвата города была упущена, он мог действовать осторожно и минимизировать потери. «Доложить авангарду Лань: окружите город Нинван. Не вступайте в бой опрометчиво. Остерегайтесь внезапных атак противника».
Шпион перевел дух, затем развернул лошадь и галопом умчался прочь. Ли Цзюнь, увидев темный след, оставленный впереди армией, крикнул: «Все войска, ускоряйтесь!»
Когда основные силы прибыли в город Нинван, Ланьцяо уже окружил его. Повстанцы из Ляньфацзуна состояли в основном из необученных крестьян; их численное превосходство позволило им отбросить робких и трусливых защитников королевства Чэнь, но они не смогли прорвать оборону армии Хэпина. Хотя они также отправили элитные войска в атаку, когда армия Хэпина только прибыла к их лагерю, Ланьцяо, получив инструкции от Ли Цзюня, был готов. Он лично убил генерала Ляньфацзуна, вынудив их бежать в город и остаться внутри.
Ли Цзюнь посмотрел в сторону города Нинван. Город был небольшим, а рвы и городские стены много лет находились в плачевном состоянии. Если бы он решил начать мощную атаку, это не составило бы труда.
«Ланьцяо, ты поведи армию в яростную атаку с южных ворот, а я лично поведу армию в атаку с восточных ворот. Мэнъюань, ты поведи 10 000 человек в атаку с северных ворот», — Ли Цзюнь на мгновение задумался. Численность противника составляла 15 000 человек. Если бы они предприняли прямую атаку, даже кролик, загнанный в угол, укусил бы. Более того, это были отчаянные повстанцы. Однако, поскольку это было первое крупное сражение после вторжения на территорию царства Чэнь, если бы им не удалось быстро захватить врага с минимальными потерями, это сильно подорвало бы их боевой дух.
«А что насчёт Западных ворот?» Несколько лейтенантов с ожиданием посмотрели на Ли Цзюня, надеясь, что он прикажет им захватить Западные ворота и прославиться. Но Ли Цзюнь лишь улыбнулся и сказал: «Вы думаете, я намерен убить ещё больше вражеских солдат или захватить этот город и его жителей?»
«Естественно, мы захватим город», — сказал Фань Юн, который изначально был командующим армией «Серебряный тигр». После того, как префектура Юй была умиротворена, Ли Цзюнь перевел его и Шан Хуайи в этот город.
«Эти бандиты, хоть и мятежники, тоже жалки», — Лань Цяо выглядел пристыженным. Он сам происходил из очень скромной семьи. Если бы он не женился на Пэй Цзыюй, он, вероятно, был бы более склонен встать на сторону этих мятежников. «Если бы правительство не оказывало на них такого сильного давления, они бы не подняли восстание. Я использовал свои элитные войска, чтобы бороться с этой чернью всю дорогу сюда. Но в победе нет ничего особенного».
Ли Цзюнь мягко взмахнул кнутом и сказал: «Верно. Помните, Армия Мира пришла сюда, чтобы спасти людей от страданий, а не быть их врагами. Поэтому я атакую только три ворот, оставив одни открытыми, чтобы у них был путь к бегству. Если враг увидит, что выхода нет, он будет сражаться до смерти. Теперь, когда они видят, что выход есть, нам нужно лишь немного подорвать их боевой дух, и они потеряют волю к борьбе и сами сломаются».
После обеда в тот день армия Ляньфа в городе обнаружила, что армия Хэпина, первоначально окружившая город Нинван, начала передислокацию. Силы противника на востоке, юге и севере значительно укрепились, но солдат у западных ворот нигде не было видно.
«Я ожидаю, что враг обязательно сосредоточит свою основную атаку на западных воротах», — сказал священник секты Ляньфа (Примечание 1). «Они намеренно демонстрируют слабость у западных ворот, чтобы скрыть свою главную цель. Я не верю, что враг будет атаковать с трех сторон одновременно».
Его слова были приняты другими генералами Армии Лотоса. В результате почти половина из 15 000 солдат Армии Лотоса в городе сосредоточилась у Западных ворот, а остальные войска просто демонстрировали силу, размахивая многочисленными флагами.
Увидев необычную активность на городских стенах, Ли Цзюнь с кривой усмешкой покачал головой: «Как умно с их стороны! В городе всего 15 000 солдат, а с трех сторон все они увешаны знаменами. Разве это не отвлекающий маневр? Отдайте приказ бить в барабаны и атаковать город!»
Сначала раздался скорбный рог, за которым последовал оглушительный звук барабанов с восточной, южной и северной сторон города Нинван. Массивные барабаны из коровьей кожи, по которым били воины Цян, издавали звук, от которого даже земля слегка дрожала. Под фиолетовыми боевыми знаменами бронированная пехота Мирной армии возглавила наступление, направляясь прямо к трем городским воротам.
Увидев эту грозную силу, столь непохожую на войска царства Чэнь, командиры армии Ляньфа в городе обменялись недоуменными взглядами. Еще до начала битвы их боевой дух уже упал. Видя, что их настроение подорвано, верховный жрец крикнул: «Чего бояться? Мы сражаемся за секту Ляньфа! Мертвые лишь возвращаются в царство богов. Не бойтесь врага!»
Под его громкими криками и соблазном посмертных почестей солдаты наконец набрались смелости и начали сопротивление. Но их сопротивление вызвало смех у закаленных в боях солдат Армии Мира. Еще до того, как Армия Мира вошла в зону их обстрела, они с энтузиазмом начали стрелять стрелами, которые легко опускались перед рядами Армии Мира.
«Катапульты! Арбалетчики!» По четкому приказу Ли Цзюня катапульты Мирной армии начали скрипеть и стонать, а огромные камни посыпались на городские стены. Двуручные арбалетчики также выпустили из своих арбалетов болты, каждый длиной с две обычные стрелы. Защитники на городских стенах были подавлены этой подавляющей атакой издалека и рассеялись в беспорядке.
Солдат отчаянно уворачивался от свистящих камней, падающих с неба, не подозревая, что ступил на крепостные стены. Его нога поскользнулась, и он рухнул с вершины стены. В спешке он потянулся, чтобы ухватиться за стены, но камень ударил его по пальцам, раздробив их. Прежде чем он успел использовать другую руку, он стремительно поскользнулся вниз. Рай, который священники представляли себе во время своей миссионерской работы, казался прямо перед ним. Он жадно открыл глаза, желая в последний раз взглянуть на него, прежде чем покинуть этот мир. Однако стены города Нинван были невысокими. Падение лишь вызвало у него кашель с кровью и перелом левой ноги. Невыносимая физическая боль вырвала его из задумчивости, и он издал душераздирающий крик. Но его беспомощный и безнадежный крик быстро заглушили боевые барабаны и боевые кличи Армии Мира. Подобно бушующим волнам Восточного моря, Армия Мира, обладая невиданной ранее силой, полностью сокрушила как внешнюю, так и внутреннюю оборону этих фермеров и солдат-любителей.
Ещё до начала сражения гарнизон секты Ляньфа был рухнул. Мирная армия начала одновременное наступление с востока, юга и севера, в результате чего гарнизоны в этих трёх местах оказались неспособны поддерживать друг друга из-за собственного затруднительного положения. Единственный оставшийся гарнизон у западных ворот, видя потери и кровопролитие среди своих солдат, был охвачен ужасом.
«Мы ошиблись, — в отчаянии сказал один из солдат. — Мирная армия пришла вовсе не через западные ворота. Они атаковали с трёх других мест. У них слишком много войск, а город Нинван маленький и у него слишком мало солдат. Они никак не смогут его удержать!»
«У меня дома жена и дети… Я не могу умереть…» — едва сдерживая рыдания, произнес другой солдат средних лет. — «Я думал, что, следуя за сектой Лотоса, моя семья сможет жить хорошо, но теперь… теперь…» Он внезапно бросил оружие, не сказав больше ни слова, и повернулся, чтобы уйти.
«Пошли! Здесь нет никакой надежды!» — крикнул солдат, выбежавший из южных ворот. «Откройте городские ворота! Главный министр мертв! Давайте убираться отсюда!»