Киёми Цуки и его лиса - Глава 198
Лонг Фэнмин сел на свободное место справа от себя, позади него стояли четверо телохранителей с мечами. Лонг Фэнмин сказал: «Помимо отрубленной правой руки, Пяосян невредим. Похоже, противник его не пытал».
Тон Кан Боина был холодным и саркастическим. «Я не ожидал, что Лу Цинчэн так вежливо с ним обойдется, не отрубив ему руки и ноги. Хм, на моем месте я бы разрубил его на восемь частей. Это было бы слишком мягко с его стороны».
Группа Ли Ин оставалась бесстрастной, словно ничего не слышала.
Лун Фэнмин улыбнулся и сказал: «Он ждет снаружи, хочет поклониться вам и выразить свое почтение».
Кан Боин сделала еще один глоток горячего чая. «Нет необходимости кланяться и выражать почтение. Я больше не его господин».
Выражение лица Ли Ина застыло. Подчиненные из секты Небесного Орла, крепости Небесного Дракона и поместья Ветра и Луны переглянулись, каждый погрузившись в свои мысли, и замолчали.
Лонг Фэнмин спросил: «Старший брат, как прошла битва прошлой ночью?»
Кан Боин покачал головой. «Вчера вечером я обменялся несколькими ударами с Лу Цинчэном. Неожиданно оказалось, что этот парень довольно крепкий. Это была кровавая битва, и многие наши братья погибли или получили ранения. Мы тоже не получили никакого преимущества. Их натиск очень силен, и мы не смеем недооценивать их».
Ли Ин и остальные посмотрели на Лун Фэнмина. Лун Фэнмин слабо улыбнулся, а затем посмотрел на Лун Фэнсяна.
Выражение лица Лонг Фэнсяна изменилось, став одновременно серьезным и достойным. «Мой младший брат примерно того же уровня, что и старший. Со мной сражаются Лэй Юнсян и Лю Сичэн. Они дерутся так, будто им все равно на свою жизнь, и ранили многих моих братьев».
Го Ган также сказал: «Мои подчиненные противостоят братьям Цай, и их положение похоже на положение господина. Более того, они искусны как в нападении, так и в обороне, дисциплинированы и неустанно сражались от начала до конца».
Лин Лэй сказал: «Против моих подчинённых и Шань Юэ сражаются Ли Аньго и Хэ Чжицян. По силе они должны быть слабее нас, но все они бесстрашны перед лицом смерти. Их чистой мощи достаточно, чтобы заставить дрожать моих подчинённых».
Гуань Шаньюэ сказал: «Верно, молодой господин. Если мы продолжим сражаться в таком же духе, наши потери будут очень серьёзными. Я предполагаю, что даже если мы победим, мы будем сильно ослаблены, и это будет проигрышная ситуация».
Ли Ин уверенно улыбнулся: «Лу Цинчэн — всего лишь бумажный тигр. Хотя она и умна, долго так продолжаться не может. Несмотря на то, что нам не удалось определить победителя прошлой ночью, у нас всё ещё есть преимущество благодаря захвату Цин Цзяньюэ. Это огромный психологический удар по крепости семьи Лу».
Ло Буцюнь тоже рассмеялся и сказал: «Вождь прав. Лорд Кан и молодой господин Лонг, я верю, что если мы еще немного постараемся, то обязательно сможем победить крепость семьи Лу».
Чжао Уян усмехнулся и сказал: «Действительно, объединив силы наших трёх семей, как мы могли не убить этого сопляка Лу Цинчэна?»
Лун Фэнсян с полуулыбкой сказал: «Из каких трёх семей вы? Из вашей семьи? Если начнётся драка, люди из вашей семьи убегут быстрее кроликов. Прекратите демонстрировать свою силу. Мне стыдно за вашу семью».
Ли Ин, Ло Буцюнь и Чжао Уян покраснели. Ли Ин улыбнулся и сказал: «Брат Фэнсян, ошибка, допущенная однажды, не определяет ошибку на всю жизнь. Молодой господин Кан, будьте уверены, наша секта отныне будет делать все возможное. В любом случае, мы не можем позволить всем нашим прежним усилиям пропасть даром».
Кан Боин был с мрачным лицом и говорил очень мало. Лонг Фэнмин слабо улыбнулся и слушал от начала до конца, даже не моргнув.
Го Ган и его жена, Лин Лэй, Гуань Шаньюэ и остальные бесстрастно уставились на них, а затем перевели взгляд на своего господина. Ли Ин и остальные сплюнули, но он никак не отреагировал, что мгновенно вновь вызвало у них неуверенность. В тот самый момент, когда они оказались в тупике, снаружи послышались смех и болтовня.
Кто-то сообщил: «Прибыли две юные госпожи и две юные леди».
Пока они разговаривали, две прекрасные женщины сопровождали входящую юную красавицу. Женщина слева, словно яркий цветок, очаровательная молодая женщина в желтом платье, была младшей сестрой Ло Сяна, Ло Лань, которая вышла замуж за Лу Чжи несколько лет назад. Женщина справа, одетая в ярко-красное платье, живая и соблазнительная, была женой Ло Сяна, старшей сестрой Лу Чжи, Лу Сюэмэй. Три года назад именно она выдавала себя за Чжао Сина и чуть не убила Цин Цзяньюэ. Девушка посередине, лет шестнадцати-семнадцати, была нежной и миниатюрной, с изысканными чертами лица, поистине очаровательной юной красавицей.
Как только она вошла, она подбежала к Чжао Уяну и ласково сказала: «Отец».
Чжао Уян улыбнулся и сказал: «Господь Лун, это моя дочь, Мэйэр. Мэйэр, пожалуйста, предложите господину Луну чаю».
«Да, отец». Чжао Мэйер застенчиво приняла предложенный служанкой ароматный чай и направилась к Лун Фэнмину.
Чжао Уян и Ли Ин уставились на Лун Фэнмина, их четыре глаза сверкали, как четыре зажжённые свечи, или как добыча, готовая клюнуть на приманку. В этот момент приспешники Лун Фэнмина бесцеремонно протянули руки, чтобы остановить их. Чжао Мэйхуа побледнела, а четыре свечи Ли Ина и Чжао Уяна словно погасли от сильного ветра, и чёрный дым взметнулся вдаль.
«Дивэй, ты не должен быть грубым», — сказал Лонг Фэнмин.
"да."
Крепкий мужчина поклонился и отошёл в сторону.
Лицо Чжао Мэйер снова озарилось радостью, и она сладко сказала: «Молодой господин, пожалуйста, выпейте чаю».
Лун Фэнмин спокойно улыбнулся: «Спасибо за ваше внимание, юная госпожа».
Четыре свечи, которые держали Ли Ин и Чжао Уян, словно хлопнув фонариком, раскрылись, и их лица разразились смехом, как взрывающиеся стручки бобов. Чжао Мэйер, крайне смущенная, спряталась за отцом.
Ли Ин начала петь, словно барабанщик: «Эту госпожу Чжао Мэй брат Фэнмин знает. Госпоже Мэй в этом году исполнилось семнадцать, и она еще не помолвлена. Так уж получилось, что брат Фэнмин тоже не женат. Как насчет того, чтобы наши семьи стали союзниками? Брат Чжао очень дорожит этой дочерью. Многие предлагали ей выйти за него замуж, но брат Чжао не решался, опасаясь, что с ней будут плохо обращаться. Но с тех пор, как появился брат Фэнмин, брат Чжао очень доволен вами и полюбил вас, и с нетерпением ждет возможности выдать свою дочь замуж за вас».
Чжао Мэйер радостно опустила голову.
Кан Боин опустил голову, чтобы выпить чаю, а Лун Фэнсян смотрел в небо. Он взглянул на остальных жителей форта Тяньлун и поместья Фэнъюэ, которые оставались бесстрастными, словно ничего не слышали.
Лонг Фэнмин невинно улыбнулся: «Спасибо за вашу доброту, господин Чжао и господин Ли, но свадьба — это важное событие, решение о котором должны принять наши родители. Я не смею соглашаться сам. Я подожду, пока вернусь и сообщу родителям, прежде чем принимать какое-либо решение».
Ли Ин рассмеялся и сказал: «Фэнмин, я говорю не о тебе. Если ты упустишь такую очаровательную девушку, как мисс Чжао, то даже с фонарем такой больше не найдешь».
Лонг Фэнмин элегантно улыбнулся: «Я понимаю, но я не смею ослушаться свою мать. Если я разгневаю или огорчу её, я не выживу, даже если у меня будет сто жизней. Лидер Ли прекрасно об этом знает, так зачем же усложнять мне жизнь?»
«Понятно». Ли Ин невольно смутилась, но улыбнулась и сказала: «Это правда».
Чжао Уян был очень разочарован, а Чжао Мэй закрыла лицо руками и выбежала из гостиной.
После того, как их клоунское представление наконец закончилось, Кан Боин снова заговорил: «Фэнмин, что ты думаешь о текущей ситуации на поле боя?»
Все взгляды были прикованы к лицу Лун Фэнмина.
«Прекратите огонь». Лун Фэнмин взял свою чашку и отпил ароматного чая.
Ли Ин был ошеломлен. «Ни в коем случае! Если мы дадим крепости семьи Лу возможность перевести дух, мы потеряем наше выгодное положение».
Ло Буцюнь также серьезно посоветовал: «Молодой господин Лун, господин Кан, на этот раз мы действительно просчитались и попали в ловушку крепости семьи Лу. Если окружение удастся, крепость семьи Лу, безусловно, не получит никакой выгоды. Поэтому, пожалуйста, пересмотрите свое решение, молодой господин Лун, и не давайте Лу Цинчэн ни минуты передохнуть».
Длинные ресницы Лун Фэнмина слегка опустились, и он молчал. Ли Ин и Ло Буцюнь посмотрели на Кан Боина, чей взгляд мелькнул, на губах играла легкая улыбка, но он ничего не сказал. Что касается Лун Фэнсяна, он по-прежнему сохранял свой циничный, дерзкий вид, на губах играла полуулыбка.
Атмосфера в гостиной погрузилась в холод и уныние. В тот момент, когда Ли Ин и Ло Буцюнь были в растерянности, голос Фэн Пяосяна, словно гром, нарушил тишину и безразличие.
«Убирайся с дороги, ублюдок, убирайся с дороги! Мне нужно к хозяину и молодому хозяину поместья! Убирайся с дороги!»
Услышав его голос, Ли Ин и Ло Буцюнь были вне себя от радости. Кан Боин же пришел в ярость, словно его ударили по лицу собачьими экскрементами.
Подобно разъяренному тигру, Фэн Пяосян прорвалась сквозь солдат, пытавшихся ее остановить, и силой ворвалась в гостиную.