Чжуан Жуй составил довольно хорошее впечатление о двух большеносых иностранцах, потому что, когда переводчик попросил их солгать, они оба в один голос отказались, так что они не показались ему неразумными людьми.
«Здравствуйте, вы оба, добро пожаловать в Китай».
Чжуан Жуй, как только открывал рот, бегло заговорил на американском английском. В колледже, чтобы улучшить разговорный английский, он искал по всему Чжунхаю английские кружки. В некоторых из них, где было много иностранцев, требовалась плата, поэтому Чжуан Жуй всегда брал с собой старшего брата. Эти два года обошлись его старшему брату в немалую сумму. Однако Чжуан Жуй и его навыки понимания и разговорной речи на английском были одними из лучших в классе.
«О, у вас такой прекрасный английский, просто чудесно. Можете называть меня Смит. Кажется, между нами возникло какое-то недопонимание?»
Иностранец по имени Смит, одетый в ярко-красную хлопчатобумажную стеганую куртку в строгом китайском традиционном стиле, радостно закричал, услышав слова Чжуан Жуя. Оказавшись в таком месте, они тоже почувствовали, что что-то не так; переводчик, казалось, что-то от них скрывает.
"Смит? Он мертв или нет...?"
Чжуан Жуй что-то пробормотал себе под нос, но его снова прервали, как раз когда он собирался что-то сказать.
«Это, должно быть, господин Чжуан. Если у вас есть какие-либо вопросы, можете задать их мне. Я объясню своему клиенту, что сегодняшний инцидент был всего лишь недоразумением».
Сяхоу забеспокоился, увидев, что скромный молодой человек перед ним говорит по-английски лучше, чем он сам. Он быстро заговорил с Чжуан Жуем по-китайски, в его глазах читалась мольба.
"Недоразумение? Только потому, что это недоразумение, вы можете разгромить мой ларь? Вы можете помогать этим двум иностранцам издеваться над нами, китайцами?"
В этот момент в административный офис вошел владелец ларька и тут же пришел в ярость, услышав это. Он только что обнаружил пропажу фамильных резных изделий из корней, которые хранились в его ларьке. Он предположил, что какие-то недобросовестные люди воспользовались ситуацией, когда его ларьок был разграблен. Эти изделия стоили несколько тысяч юаней, поэтому он не мог не почувствовать себя огорченным.
«Иностранцы такие замечательные! Покажите мне мою резьбу по корням. Я не буду продавать этот предмет, я верну вам деньги».
Молодой человек действительно был зол. Он вытащил из кармана пятьсот юаней и с силой швырнул их на стол. Его взгляд был прикован к двум иностранцам. Он все еще не совсем понимал, что произошло, и думал, что эти двое иностранцев нарушили свое слово и намеренно привели людей, чтобы устроить беспорядки.
Двое иностранцев, не подозревая о случившемся, с недоумением посмотрели на Чжуан Жуя, надеясь, что он сможет объяснить. Теперь они понимали, что приведённый ими переводчик казался несколько ненадёжным в своих словах и действиях.
«Два гостя, приехавшие издалека, крайне недовольны репутацией вашего бизнеса. Он говорит, что вы двуличные и презренные люди, которые даже разгромили его прилавок. Теперь он требует прекратить сотрудничество, вернуть вам деньги и потребовать вернуть приобретенные у него товары».
Чжуан Жуй немного изменил слова владельца ларька и перевел их для двух иностранцев.
«О Боже, это не так. Наш господин Ся сказал нам, что это подделка и не стоит 500 юаней. Мы все честные бизнесмены и никогда бы так не поступили. Кроме того, мы не громили ларь этого человека. Господин Ся, не могли бы вы объяснить нам, что именно произошло?»
Услышав слова Чжуан Жуя, Смит несколько раз замахал руками, давая понять, что правда не такова. Они вернулись на рынок, выслушав переводчика, и не разгромили ни одного прилавка. Это всё дело рук переводчика. Пока иностранец говорил, он достал из рюкзака вырезанную из тёмного корня фигурку размером с ладонь.
Чжуан Жуй уже примерно догадался, что происходит, поэтому перевел слова иностранца дословно. Люди в административном офисе, услышавшие это, тут же пришли в ярость и свирепо посмотрели на бледнолицего переводчика Ся.
«Черт возьми, все это из-за тебя, предатель, который устраивал беспорядки. Я тебя до смерти забью!»
Молодой владелец ларька больше не мог сдерживаться и бросился вперед, ударив Сяхоу по лицу. Чжуан Жуй, стоявший ближе, быстро схватил владельца ларька и, глядя на сбитого с ног переводчика, сказал ему: «Давай обсудим это. Не прибегай к насилию, иначе ты потеряешь самообладание, даже если будешь прав».
«Как мне ему это объяснить? Он просто разгромил мой прилавок, и многие мои резные изделия из корней были украдены. Они стоят тысячи юаней. К кому мне теперь обращаться за компенсацией?»
Чжуан Жуй держал молодого человека за руки и даже попытался пнуть Сяхоу, переводчика, которого уже сбил с ног ударом Чжуан Жуя.
Когда-то гладко зачесанные назад волосы Сяхоу теперь были растрепаны, он был покрыт холодным потом, пряди свисали на лоб. Его белый костюм также был покрыт пылью, что придавало ему крайне неопрятный вид. Прежняя надменность исчезла. Лежа на земле, он бросал умоляющие взгляды на двух иностранцев. В глубине души он все еще чувствовал, что иностранцы выше его и что, если они заговорят, дело можно будет разрешить.
«Господин Ся, я думаю, что это дело нас не касается. Надеюсь, вы сможете уладить его должным образом. В противном случае я честно сообщу о вашей ситуации в вашу компанию».
Слова Смита повергли Сяхоу в полное отчаяние. Теперь никто не мог ему помочь в этой ситуации. Однако слова Смита содержали и другой смысл: если ты хорошо решишь этот вопрос, мы не будем жаловаться твоему начальнику.
Подумав об этом, Сяхоу поднялся с земли и жалобно сказал: «Это моя вина, я беру на себя полную ответственность. Я также компенсирую этому брату потерянные вещи по их первоначальной цене. Надеюсь, вы, братья, простите меня, потому что я молод и неопытен».
Чжуан Жуй не обратил на это внимания. Он просто проходил мимо и вмешался только потому, что больше не мог этого терпеть. Теперь, когда все стало ясно, как разрешить ситуацию, оставалось лишь вопросом между молодым владельцем ларька и несчастным переводчиком.
«Вам двоим следует сначала провести переговоры. Если вы не сможете прийти к соглашению, тогда обращайтесь к нам».
Хотя директор Ван тоже был очень недоволен переводчиком, они не являлись правоохранительным органом и не имели права наказывать переводчика. Они могли лишь позволить им двоим сначала урегулировать вопрос. Если владелец ларька не получит удовлетворительного ответа, он вмешается и окажет давление на переводчика.
«Я потерял в общей сложности семь резных изделий из корней, передававшихся в моей семье из поколения в поколение, а также пять изделий, вырезанных мной самим, которые обошлись мне в четыре тысячи юаней».
Владелец ларька произвел какие-то расчеты. Он был честным человеком и не завышал цену. Но когда он увидел резную фигурку из корня в руке иностранца, он пришел в ярость и сказал: «Я это продавать не буду. Я верну вам деньги, и вы вернете мне товар».
Услышав цифру в четыре тысячи юаней, выражение лица Сяхоу изменилось. Ему захотелось снова дать себе пощёчину. Это было больше, чем месячная зарплата. Он лишь напросился на неприятности. Однако сожалеть об этом было уже поздно. Если бы это дело дошло до компании, даже шёпот сестры не смог бы его защитить.
Сяхоу мог лишь согласно кивнуть, но последняя просьба владельца ларька поставила его в затруднительное положение. Он не знал, готовы ли два иностранных мастера, которым он служил, вернуть резную фигурку из корня.
Видя, что переводчик колеблется, Чжуан Жуй указал на резной корень в руке кузнеца и сказал двум иностранцам: «Наш господин очень недоволен вашим поведением. Он настаивает на возврате денег, уплаченных вами за товары, и просит вас вернуть ему и этот предмет».
«О нет, нам очень нравится это произведение искусства. Скажите ему, что я готова добавить еще 500 юаней и попросить его продать его мне, хорошо?»
Смит крепко сжал в руке резную фигурку из корня и громко сказал Чжуан Жую:
Чжуан Жуй перевел слова иностранца владельцу ларька и дал ему возможность принять решение. Молодой человек твердо покачал головой и сказал: «Я не буду это продавать. Пожалуйста, верните мне это».
Чжуан Жуй пожал плечами и покачал головой, глядя на Смита. Смит понимал, что вина лежит на них, поэтому не стал настаивать и неохотно передал резьбу по корню Чжуан Жую.
Чжуан Жуй взял резную фигурку из корня дерева, но его рука внезапно опустилась вниз, чуть не уронив её на землю. Он был ошеломлён. Из какого корня дерева она была сделана? Она была такая тяжёлая. Он посмотрел на фигурку в своей руке.
Глава 57 Резьба по корням палисандра
Резьба по дереву, выполненная рукой Чжуан Жуя, имеет тёмно-фиолетовый цвет и маслянистый блеск. Это статуя сидящего Будды Майтрейи. Хотя она размером всего с ладонь, она необычайно тяжелая. Однако она покрыта грязью и масляными пятнами, и даже лицо Будды Майтрейи несколько нечёткое.
Чжуан Жуй увидел, как владелец ларька вернул иностранцу пятьсот юаней, и спросил его: «Брат, можно мне поближе рассмотреть ваш товар?»
«Брат, смотри, большое спасибо за сегодняшний день. Если тебе нравится эта резьба по корню, она твоя».
Молодой владелец ларька был чрезвычайно благодарен Чжуан Жую. Если бы Чжуан Жуй не мог напрямую общаться с иностранцами, этот предатель-переводчик, вероятно, до сих пор держал бы их в неведении.
"Хе-хе, не нужно дарить это мне. Дай мне сначала посмотреть, и если мне понравится, я куплю это у тебя."
Чжуан Жуй усмехнулся и начал рассматривать вырезанную в его руке фигурку корня Будды Майтрейи.
Чжуан Жуй энергично несколько раз потёр лицо Будды Майтрейи большим пальцем. Хотя ему не удалось удалить все масляные пятна, он всё ещё смутно различал его черты. У Будды Майтрейи был широкий лоб, слегка прикрытые глаза, полуоткрытый улыбающийся рот, два больших уха, свисающих до плеч, обнажённая грудь и живот, скрещенные ноги и согнутые руки, а тело опиралось на тканевый мешок. Правая рука лежала на колене, выражение лица было безмятежным и довольным.
Судя по резьбе, работа выполнена с исключительной точностью, мастерством ножевого искусства и естественными, плавными линиями. Если эта резьба по дереву действительно принадлежит предкам владельца лавки, то его предки, должно быть, были высококвалифицированными мастерами. Хотя Чжуан Жуй не умеет оценивать подобные предметы, он может сказать, что это редкий шедевр. Однако он не понимает, почему владелец лавки запросил такую низкую цену, продав его всего за 500 юаней.
"Хм!"
Когда Чжуан Жуй перевернул резную фигурку из корня, чтобы рассмотреть её, его сердце забилось быстрее. Он заметил, что узоры и полосы на фигурке переливались блеском, а годичные кольца были настолько тонкими, что их почти не было видно. Более того, на ней не было ни единого шрама. Обычно корни деревьев покрыты шрамами, и казалось, что только сандаловое дерево может обладать таким уникальным видом.
Увидев это, Чжуан Жуй снова внимательно рассмотрел резную фигурку из корня, и чем дольше он на нее смотрел, тем больше ей казалось, что она вырезана из сандалового дерева. Фиолетово-черный цвет и глубокая, изящная форма, особенно после того, как он поднес фигурку к носу и понюхал ее, едва уловимый аромат еще больше укрепил суждение Чжуан Жуя. Эта резная фигурка Будды Майтрейи из корня была не просто сделана из сандалового дерева, но и, должно быть, являлась старинным предметом.
Неудивительно, что Чжуан Жуй сначала этого не заметил, ведь существует два вида палисандра: крупнолистный и мелколистный. Крупнолистный палисандр имеет отчетливые и широкие полосы на касательной поверхности и пурпурно-коричневый цвет. Вся мебель, которую Чжуан Жуй видел на вилле армии Сун, была сделана из крупнолистного палисандра.
Однако текстура древесины на поверхности мелколистного сандала не очень заметна. Изначально он имеет оранжево-красный цвет, который со временем приобретает глубокий фиолетовый оттенок, похожий на лак. Годовые кольца почти невидимы, а прожилки чрезвычайно тонкие, напоминая скрученный шелк, похожий на коровью шерсть. Его цена в четыре-пять раз выше, чем у крупнолистного сандала. Этот вид сандала чрезвычайно редок, и крупные куски также встречаются редко. Большинство сохранившихся экземпляров — это игрушки. Тот, что нашел Чжуан Жуй, был вырезан из корня мелколистного сандала.
Убедившись, что это резьба по корню сандалового дерева, Чжуан Жуй приготовился снова исследовать её, используя свою духовную энергию. Причина, по которой Чжуан Жуй не использовал свою духовную энергию для исследования предмета раньше, заключалась в желании набраться опыта. В антикварном бизнесе нужно многое увидеть и потрогать. Например, если вы десятилетиями проводите в Музее императорского дворца, рассматривая старинные предметы, накопившиеся за долгие годы, а затем отправляетесь в Паньцзяюань, чтобы увидеть подделки, вы, вероятно, сможете отличить подлинное от подделки, как только прикоснетесь к ним. Это и есть накопление опыта.
Однако Чжуан Жуй уже дал ответ в душе, и теперь ему нужно было использовать духовную энергию в глазах, чтобы оценить ситуацию. Он слегка опустил голову, и перед его глазами промелькнул оранжево-желтый свет. Духовная энергия в его глазах уже соприкоснулась с вырезанным из корня предметом в его руке. В глазах Чжуан Жуя поверхность вырезанного из корня предмета словно превратилась в туман и быстро разложилась. Хотя духовная энергия остановилась, проникнув в вырезанное из корня примерно на один сантиметр, волокнистая структура внутри все еще была видна Чжуан Жую.
Внутренняя волокнистая структура корневой части сандалового дерева чрезвычайно тонкая, словно слои волн, и каждая пора волокна извилистая и плотная, с очень тонкими прожилками, напоминающими скрученный шелк или коровью шерсть. Это уникальные характеристики сандалового дерева, о которых Чжуан Жуй слышал на вилле Сун Цзюня.
Однако больше всего его в этот момент удивило то, что аура, столь же плотная, как двустишие Лянь Шэна, быстро слилась с духовной энергией в его глазах. Эта аура была во много раз обильнее, чем духовная энергия, которую он впитал из тыквы-горлянки и нескольких стульев из розового дерева. Это озадачило Чжуан Жуя. Может быть, его прежнее предположение о малом количестве духовной энергии в деревянных антикварных предметах было ошибочным?
Покачав головой, Чжуан Жуй отложил эти мысли. Сейчас было не время углубляться в этот вопрос. Судя по духовной энергии в его глазах, это был антиквариат, и вес сандаловой статуи Будды Майтрейи в его руке, казалось, еще больше увеличился. Чжуан Жуй знал, что сандаловое дерево известно как «дюйм сандала стоит дюйм золота», особенно старинные предметы, передаваемые по наследству, которые стоят еще дороже. Рыночная цена этого предмета, вероятно, намного выше, чем у тыквы-горлянки из Санхэ Лю.
Чжуан Жуй поднял глаза и увидел предателя-переводчика, склонившегося над столом и записывающего произошедшее, в то время как директор Ван размахивал руками и обменивался любезностями с двумя иностранцами. Тогда он легонько потянул за руку владельца ларька и спросил: «Брат, мне кажется, твоя статуэтка довольно хороша. Почему ты продал её всего за пятьсот юаней?»
Услышав слова Чжуан Жуя, молодой человек растерянно сказал: «Сказать, что на этом рынке 100 ларьков, продающих резные изделия из корней и другие мелкие безделушки, — это преувеличение, но их точно от 30 до 50. Если ларьков так много, никто ничего не купит, если цены будут слишком высокими».
«Неужели сейчас по-прежнему так много ремесленников?»
Чжуан Жуй был поражен. Резьба по дереву — очень тонкое ремесло, которым не каждый может овладеть.
«Что это за ремесленники? Все они вырезаны машинным способом. С конвейера каждый день сходят сотни или тысячи таких изделий. Это просто безжизненные, бездушные вещи. Но они дешевые, всего по дюжине юаней за штуку. И дома они выглядят ничуть не хуже, чем эти вырезанные вручную. К тому же, они бывают самых разных форм. Поэтому товары на моем прилавке трудно продать. Сегодня я продал только одно изделие иностранцу, а потом случился вот этот бардак».
Слова молодых людей также раскрывают реальность: в наши дни очень немногие осваивают эти традиционные ремесла, и вполне вероятно, что через несколько лет таких квалифицированных мастеров станет еще меньше.
«Мне очень нравится эта резьба по корню. Я её куплю. Назовите цену».
Увидев несколько разочарованное выражение лица молодого человека, Чжуан Жуй чуть было не выпалил правду о резьбе по корню, но в конце концов сдержался. Он не был и не хотел быть «живым Лэй Фэном», о котором пела певица Сюэцунь.
Глава 58. Успех
«Брат, ты слишком добр. Я действительно должен поблагодарить тебя за сегодняшний день. Если тебе понравится, оставь себе. Не говори о деньгах. Я только что показал его специалисту. Эти семейные реликвии хороши с точки зрения мастерства, но материалы средние. Они стоят всего несколько сотен юаней. В них нет ничего особенного. Брат, пожалуйста, не будь со мной так вежлив».
Услышав, что Чжуан Жуй хочет купить, владелец ларька быстро махнул рукой. Предатель только что дал ему 4000 юаней, чего ему хватило бы на два месяца работы ларька. Он отказался брать у Чжуан Жуя больше денег. Ранее он подозревал, что оставленные дома резные изделия из корней могут быть хорошего качества. Несколько дней назад он даже взял несколько штук на этот рынок, чтобы их оценил старик, специализирующийся на разных предметах.
Результаты оценки эксперта его сильно разочаровали. Самый старый из этих предметов относился лишь к республиканской эпохе, а использованные материалы были довольно обычными, в основном корни ясеня и сосны. Их нельзя было считать антиквариатом, и они не представляли большой коллекционной ценности. Получив такой вывод, он просто выставил на свой прилавок все старые резные фигурки из корней, которые раньше не решался продать. Однако он не знал, что резная фигурка Будды Майтрейи из корней, которую держал в руках Чжуан Жуй, была именно одной из тех, которые он не отдавал на оценку.
В современном обществе сандаловое дерево — чрезвычайно редкий и ценный вид деревьев. Хотя этот молодой человек унаследовал навыки резьбы по корням от своих предков, он никогда раньше не видел сандалового дерева. Даже поколение его деда никогда его не видело, поэтому он не понимал, что его предки оставили после себя такой прекрасный образец.
Видя, что молодой человек отказался принять деньги, Чжуан Жуй тоже отказался воспользоваться его неосведомленностью. Он знал, что умение находить выгодные предложения — его собственное мастерство, но принимать подарки от других без причины противоречило бы его принципам. С детства мать учила его, что получение небольшой выгоды приводит к большим потерям. Он и не подозревал, что большинство людей, обманутых в финансовых пирамидах или в бизнесе, — это те, кто питает иллюзии и хочет разбогатеть на небольших вложениях, забывая поговорку: «Бесплатного обеда не бывает».
Эти мошенники тоже понимают эту психологию. Как и Да Сюн и другие на антикварном рынке Пэнчэна, если бы у Чжуан Жуя не было острого глаза и хотя бы минимального понимания стиля Чжэн Банцяо, трудно гарантировать, что он не поддался бы искушению, увидев эту картину.
«Все оставшиеся здесь работы принадлежат вам?»
Чжуан Жуй указал на бамбуково-ротанговый ящик, который нес молодой человек, и задал вопрос, поскольку у него возникла идея.
Владелец ларька почесал затылок и несколько смущенно улыбнулся: «Хе-хе, мои навыки намного уступают навыкам старших в моей семье. Брат, посмотри».
Чжуан Жуй находил это несколько забавным. Этот молодой человек был слишком честен, сразу же признав, что его товар низкого качества. Как вообще можно вести дела таким образом? Неудивительно, что он так долго стоял на своем прилавке, а эта сандаловая статуэтка Будды так и не пришлась никому по вкусу. Чжуан Жуй не знал, что эта статуэтка продается сегодня впервые. Иначе, при таком количестве людей, приходящих и уходящих с рынка, как он мог заполучить эту выгодную покупку?
«Сейчас мало кто знает это ремесло. Все хотят сэкономить время и просто покупают изделия на фабриках. Чтобы сделать такое изделие, мне сначала приходится многократно обдумывать каждый вариант, выбирать корень дерева определенной формы, а затем проходить несколько этапов обработки, таких как сушка на воздухе, запекание, пропитка маслом, воскование и полировка, прежде чем я смогу изготовить такой предмет. Хотя цена немного выше, он гораздо долговечнее, чем изделия, сделанные на фабриках».
Молодой человек достал из коробки резную фигурку из корня и передал её Чжуан Жую. Он был очень рад видеть, что кто-то оценил его работу, и показал её Чжуан Жую.
Чжуан Жуй взглянул и увидел, что все эти резные изображения корней были размером с ладонь и изображали обезьяну, ворующую персики из китайского зодиака. Озорная и милая маленькая желтоволосая обезьянка взбиралась на большой персик, пытаясь его унести. Резьба по корню и маленькая обезьянка делали всю картину очень интересной. Резьба была реалистичной, поверхность гладкой и нежной, а на ощупь — превосходной.
Характерной чертой резьбы по корням является то, что она «на семь частей состоит из природных элементов и на три части — из резьбы, что делает её по-настоящему интересной». Эта работа выделяется с точки зрения выбора материала, замысла и резьбы. Чжуан Жуй подумал про себя, что этот молодой человек выглядит на несколько лет моложе его, но его мастерство тоже неплохое.
«За сколько вы продаете каждое из этих изделий?»
Чжуан Жуй играл с вырезанной из дерева обезьянкой в руке и задал вопрос.
«Эту вещь можно изготовить за три-пять дней, а продать её можно всего за сто или двести долларов. Даже по такой цене её нелегко продать. Люди постоянно сравнивают её с тем, что сделано машинным способом».
Молодой владелец ларька был возмущен, но бессилен. В каком-то смысле современные технологии постепенно вытеснили часть ремесленников.
«Сколько их у вас всего? У вас есть полный набор из двенадцати животных зодиака?»
Чжуан Жуй очень полюбил эти резные изделия из корней. Они отлично подходили в качестве подарков или украшения для дома. Вернувшись в Чжунхай, он решил подарить несколько штук своему старшему брату.
«Да, есть один набор и несколько отдельных, всего девятнадцать».
Хотя молодой человек был честен, он не был глуп. Услышав вопрос Чжуан Жуя, он понял, что тот имел в виду. Он действительно не мог заставить себя отдать так много вещей, поэтому не сказал ничего вроде «бери, если хочешь».
«Как насчет этого? Мне очень нравятся ваши резные фигурки из корней. Я возьму все девятнадцать, плюс эту фигурку Будды Майтрейи из корней. За весь набор я дам вам пять тысяч юаней. Вас это устроит?»
Чжуан Жуй не пытался выпендриваться; он просто считал этого человека вполне честным. Дать ему пять тысяч юаней было способом отблагодарить его. Один только кулон с изображением Будды Майтрейи из сандалового дерева, вероятно, стоил в десятки раз больше пяти тысяч юаней. Нельзя назвать Чжуан Жуя лицемером; в конце концов, это требует проницательного взгляда. Никто не мог отказать Чжуан Жую в его поступках.
«Брат, не нужно столько денег. Ты мне сегодня так помог, как я могу принять от тебя столько денег?»
Слова Чжуан Жуя несколько удивили молодого человека, и он беспомощно ответил, что продаваемые им изделия требуют лишь много времени на изготовление, но обходятся недорого, всего около ста юаней на материалы. В удачный день он продавал всего три-четыре штуки. Теперь, услышав, что Чжуан Жуй хочет выкупить их все, он решил, что это для него большая удача.
«Хорошо, тогда. Я вижу, что ваше мастерство резьбы по корням очень высокое. Я заберу их обратно и попробую продать в магазине моего друга. Если они будут хорошо продаваться, я снова приеду в Хэфэй, чтобы купить у вас еще».
Чжуан Жуй не сказал прямо, куда делись резные фигурки из корней, но придумал предлог, чтобы утешить владельца ларька. Однако в душе он без зазрения совести похвалил себя: «Другие пытаются снизить цену при покупке, а я оба раза настоял на том, чтобы дать им деньги. Какое благородное качество!»