Чжуан Жуй часто видел по телевизору или в газетах сообщения о пропавших без вести знаменитых исследователях в необитаемых районах Тибета. Он не собирался совершать героический подвиг, пересекая Тибетское плато. Его настоящей целью было увидеть пейзажи степей, узнать о тибетском буддизме, помочь Лю Чуаню купить хорошего тибетского мастифа и благополучно вернуться домой.
Лю Чуань забронировал для Лэй Лэй и остальных люкс, состоящий из двух комнат. Однако Бай Мэнъяо в данный момент не было в люксе, а он беседовал в соседней комнате Бай Мэнъаня.
«Босс, я отлично справилась, правда? Сестра Сюаньсюань точно больше не будет интересоваться моей целью. Я позаботилась о вашем главном сопернике в любви. Когда мы вернемся в Гонконг, вы должны отдать мне этот эксклюзивный Ferrari, иначе я разоблачу ваш скандал перед сестрой Сюаньсюань. Похоже, в прошлом году кто-то встречался с какой-то малоизвестной знаменитостью, хе-хе».
В этот момент Бай Мэнъяо, словно маленькая ведьма, сидела на диване в комнате, совершенно не заботясь о своем внешнем виде, закинув свои длинные ноги на журнальный столик и угрожающе улыбаясь старшему брату.
Зная, что с младшей сестрой непросто, Бай Мэнъань в отчаянии почесал затылок. У него также сложилось хорошее впечатление о Чжуан Жуе. Хотя он слышал, что Чжуан Жуй из обычной семьи, у него был очень убедительный и располагающий к себе характер. Его отношение к Цинь Сюаньбину, Лэй Лэй и своим братьям и сестрам не было ни чрезмерно восторженным, ни слишком холодным.
Бай Мэнъань понимал, что Чжуан Жуй искренне считал их всех своими друзьями. Конечно, это было далеко не на том уровне, что его отношения с Лю Чуанем. Дружба укрепляется благодаря постоянному общению, а эти так называемые истории о мгновенном взаимопонимании и превращении в закадычных друзей — всего лишь выдумки.
После того, как Бай Мэнъань узнал об отношениях между Чжуан Жуем и Цинь Сюаньбином, он перестал считать Чжуан Жуя соперницей в любви. Более того, даже если Чжуан Жуй и проявлял интерес к Цинь Сюаньбину, Бай Мэнъань не слишком переживал. В конце концов, в некоторых больших семьях браки между детьми — это не то, что можно решить по своему желанию. Конечно, Бай Мэнъань не стал использовать семейный брак, чтобы заставить Цинь Сюаньбина выйти за него замуж.
По мнению Бай Мэнъаня, ухаживания за Цинь Сюаньбином были очень интересным делом, и, учитывая качества самой Цинь Сюаньбин, это стоило усилий. Что касается упомянутой его сестрой малоизвестной знаменитости, его это не особо волновало. Репутация Бай Мэнъаня в Гонконге всегда была очень хорошей, и неудивительно, что он иногда сплетничает.
Однако эта младшая сестра доставляла Бай Мэнъаню немало хлопот. Эта маленькая дьяволица всегда вела себя очень хорошо и располагала к себе окружающих, но, узнав её поближе, можно было понять её истинную натуру. Эти самопровозглашенные хитрые молодые люди в Гонконге сильно пострадали от рук Бай Мэнъао, и со временем всё меньше и меньше людей стали добиваться её расположения.
Даже Цинь Сюаньбин спросил Бай Мэнъаня, почему никто из мужчин не ухаживает за Бай Мэнъяо, на что Бай Мэнъань лишь криво усмехнулся и промолчал.
Глава 65. Въезд в Тибет (Часть 1)
В 16:30 Чжуан Жуй разбудил Лю Чуаня и остальных. Собрав вещи, они выписались из номера.
Автомобиль, который одолжил Бай Мэнъань, уже полчаса ждал у входа в отель. Узнав о прошлом Бай Мэнъаня, его клиент, чтобы наладить с ним хорошие отношения, даже прислал ему опытного водителя. Клиент сказал по телефону, что водитель был бойцом спецназа и может адаптироваться к любым суровым условиям.
Поскольку за рулём был водитель, у Бай Мэнъань было время пообщаться с Цинь Сюаньбин, поэтому она, естественно, не отказалась. Поблагодарив её по телефону, она согласилась.
Как только они вышли из холла отеля, к ним подошел молодой человек лет двадцати восьми-двадцати девяти, ростом около 1,7 метра. Он небрежно огляделся и узнал Бай Мэнъаня. Он шагнул вперед и сказал: «Вы господин Бай? Я Чжоу Жуй. Господин Ван попросил меня привезти вам машину. Мы разговаривали по телефону раньше».
Бай Мэнъань только что получила звонок от Чжоу Жуя. Голос на другом конце провода действительно принадлежал собеседнику. Она вежливо сказала: «Брат Чжоу, вам не нужно быть таким вежливым. Просто называйте меня по имени. Извините, что буду беспокоить вас в ближайшие несколько дней».
"Пожалуйста……"
Чжоу Жуй был немногословен и, казалось, не проявлял особого интереса к окружающим его красивым женщинам. Обменявшись несколькими вежливыми словами, он подошел к внедорожнику «Пустынный принц», припаркованному у входа в отель, открыл дверь и подождал, пока все сядут.
Совершенно очевидно, что владелец этого «Пустынного принца» — настоящий энтузиаст бездорожья. К передней части автомобиля приварено несколько больших бамперов, а колёса оснащены специально разработанными противоскользящими шинами со встроенными стальными проволоками. Они также выше обычных шин, что делает их более подходящими для езды по горным склонам и другим типам местности. Четыре выхлопные трубы на задней части автомобиля, напоминающие ракетные установки, ещё раз демонстрируют мощные возможности этого полноприводного внедорожника.
Для таких автомобилей стоимость модификаций часто в несколько раз превышает цену покупки. Это справедливо и для Hummer, и двигатель этого Desert Prince, очевидно, тоже был модифицирован, а значит, владелец потратил на это немалую сумму денег.
«Чжоу Жуя мне представил друг. Он, по слухам, бывший боец спецназа и неплохо водит машину. Сюань Бин, Лэй Лэй, вы двое, садитесь в эту машину. Похоже, она модифицирована, так что амортизация должна быть хорошей. Нам нужно сегодня добраться до уезда Литан, который граничит с северным Сычуанем и Тибетом. Дороги не очень хорошие. Вы, дамы, можете сесть сзади, а я сяду на пассажирское сиденье, чтобы сегодня вечером поменяться местами с Чжоу Жуем».
В этот раз с ним путешествовали три дамы, и заднее сиденье «Принца Пустыни» было достаточно просторным для трех человек, так что он мог сидеть на переднем пассажирском сиденье. Что касается того, на какой машине будут ездить Чжуан Жуй и его друзья, Бай Мэнъань особо об этом не задумывался. По телефону его клиент уверенно заверил его, что его модифицированный внедорожник определенно один из лучших в стране.
В ресторане Бай Мэнъань обсуждал с Лю Чуанем маршрут в Тибет. Было ясно, что после возвращения домой он провел некоторое исследование, иначе, хотя жители Гонконга и знали о Тибете, они никогда бы не узнали о существовании уезда Литан на границе между Тибетом и Сычуанем.
Услышав это, Цинь Сюаньбин молчал, выглядя нерешительным. Лэй Лэй взглянул на Лю Чуаня и сказал: «Да Чуань и остальные тоже приехали на машине. Почему бы нам не взять Яо Яо с собой? Да Чуань сказал, что в его машине больше места».
Пока Лэй Лэй говорила, она легонько толкнула Лю Чуаня, давая ему знак выехать на машине. Лю Чуань несколько раз хвастался ей об этом по телефону, и Лэй Лэй поклялась, что если машина, которую он привезет, не оправдает ее ожиданий, она преподаст ему урок.
Лю Чуань ухмыльнулся, передал Чжуан Жую дорожную сумку длиной не менее метра и поспешил на парковку. Он был рад таким образом покрасоваться. Он решил, что позже приедет на своей машине, и этот пустынный принц будет всего лишь деревенщиной рядом с «Хаммером».
Слова Бай Мэнъаня только что очень расстроили Лю Чуаня. Лэй Лэй — его девушка. Даже если он поедет в Тибет на велосипеде, он привяжет Лэй Лэй к заднему сиденью. Зачем ему ехать на чужом велосипеде? Однако в глубине души он мог думать только об этом. Если бы Лэй Лэй знала, о чём думает Лю Чуань, она бы определённо заставила его пожалеть о том, что у него так много мягкой плоти на талии.
Всего за три-пять минут Лю Чуань подъехал на «Хаммере» к входу в отель и, эффектно заносив машину, припарковал её рядом с «Принцем пустыни», привлекая внимание гостей, входящих и выходящих из отеля. Нужно знать, что в 2003 году «Хаммеры» были крайне редки в Китае, особенно этот шестиколесный «Хаммер», похожий на танк. Сейчас же «Принц пустыни» выглядит совершенно обычным. Сравнивать их просто не приходится.
Стоя рядом с автомобилем «Принца Пустыни», Чжоу Жуй, который до этого момента оставался бесстрастным, увидев Лю Чуаня за рулем «Хаммера», не смог сдержать восторга. Даже Бай Мэнъань, в гараже которого в Гонконге хранилось более десятка всемирно известных автомобилей, был поражен этим гигантом. По сравнению с его BMW и Ferrari, эта машина была тем автомобилем, на котором должен ездить настоящий мужчина. В этот момент Бай Мэнъань уже решил купить новейший «Хаммер», как только вернется в Гонконг.
Казалось, Цинь Сюаньбину и остальным больше не нужно было решать, в чьей машине ехать. Не говоря уже о том, что Бай Мэнъяо уже открыла дверь «Хаммера» и тут же забралась внутрь, и даже сама Бай Мэнъань пожелала оказаться в машине. По сравнению с «Пустынным принцем», «Хаммер», несомненно, был на несколько уровней лучше по простору, устойчивости и амортизации.
Однако Бай Мэнъань ранее говорила довольно уверенно, и теперь она не могла отказаться от своих слов, поэтому ей оставалось лишь с неохотой подняться на борт «Пустынного принца».
Лю Чуань поехал на «Хаммере», нашел сычуаньский ресторан, специализирующийся на сычуаньской кухне, пообедал, а затем, по предложению Чжоу Жуя, купил несколько бутылок крепкого лучжоуского ликера «Лаоцзяо». По словам Чжоу Жуя, алкоголь — очень важный товар в дикой природе, и часто может сыграть неожиданную роль. Из уважения к профессионалам Лю Чуань купил целый ящик из 12 бутылок. Однако, по словам Чжуан Жуя, этот парень покупал его исключительно для себя.
Когда они снова отправились в путь, впереди ехал внедорожник. Чжоу Жуй хорошо знал дорогу в Тибет, поэтому задача возглавить колонну и вести машину впереди была ему очевидна. В отличие от двух мужчин в «Пустынном принце», которые вели себя относительно тихо, «Хаммер» был наполнен ароматным ветерком и пением птиц, что делало его оживленным и шумным. Это заставляло Чжуан Жуя, который был за рулем, время от времени поглядывать в зеркало заднего вида. Не говоря уже о Лю Чуане, который сидел на пассажирском сиденье и готовился вести машину во второй половине ночи; он пожалел, что родители подарили ему девушку, чтобы он мог присоединиться к ним.
Выехав из Чэнду, машина свернула на скоростную автомагистраль Чэнъя. Внедорожник впереди поддерживал скорость около 100 километров в час. Спустя более часа, с моста Сикан, она выехала на национальную автомагистраль № 218. Этот участок дороги был легким для проезда, поэтому Лю Чуань позволил Чжуан Жую вести машину первую половину ночи. Во второй половине ночи дорога в основном проходила по горным дорогам. Даже если бы Чжуан Жуй осмелился сесть за руль, пассажиры в машине, вероятно, не рискнули бы ехать.
«Лю Чуань, что в этой коробке?»
Шкатулка из бамбука и ротанга, которую Чжуан Жуй купил в Хэфэе, была искусно сплетена и привлекла внимание нескольких девушек.
«Это сокровища, которые нашел Чжуан Жуй, хе-хе, у меня тоже одно есть, вы можете выбрать любое, какое вам понравится».
Лю Чуань не стал церемониться и использовал купленные Чжуан Жуем вещи как знак благодарности, хотя и заплатил за них сам.
Глава 66. Въезд в Тибет (Часть 2)
Услышав слова Лю Чуаня, Лэй Лэй и остальные открыли коробку и достали все резные фигурки из корней. Резные фигурки из корней, вырезанные вручную, были гораздо реалистичнее тех, что были сделаны машинным способом. Девочки сразу же обратили на них внимание. Даже Цинь Сюаньбин, которая смотрела фильм на DVD-плеере в машине, подошла и взяла одну из фигурок, чтобы поиграть.
Однако все они слышали слова Лю Чуаня и знали, что эти предметы принадлежат Чжуан Жую. Лэй Лэй и Бай Мэнъяо лишь некоторое время любовались ими, прежде чем положить резные фигурки из корней обратно в коробку. Цинь Сюаньбин же, напротив, очень любила фигурку скачущей лошади, которую держала в руках, и долго смотрела на нее, не выпуская из рук.
Цинь Сюаньбин, которая до этого любовалась резьбой по корню, похоже, приняла решение. Она подняла взгляд на Чжуан Жуя, который управлял автомобилем, и сказала: «Чжуан Жуй, мне очень нравится эта резьба по корню с изображением скачущей лошади. Не могли бы вы передать её мне?»
Услышав это, все присутствующие были потрясены. Никто в машине не ожидал, что Цинь Сюаньбин действительно попросит кого-то о чем-то. Только Лэй Лэй знала, что знак зодиака Цинь Сюаньбин — лошадь, что она всегда питала глубокую любовь к лошадям и что она довольно хорошо умеет ездить верхом.
Чжуан Жуй тоже был ошеломлен и чуть не вильнул рулем. Дело было не в том, что Цинь Сюаньбин попросила его сделать резьбу по корням, а в том, что Цинь Сюаньбин не называла его господином Чжуаном, а обращалась к нему по имени. Это был первый раз, когда она назвала его по имени, и Чжуан Жуй на мгновение почувствовал себя немного неловко.
Чжуан Жуй оглянулся назад в зеркало заднего вида. После этих слов Цинь Сюаньбин выражение ее лица осталось неизменным. Она встретилась взглядом с Чжуан Жуем в зеркале заднего вида, не дрогнув, и спокойно ждала его ответа.
«Эй, не отвлекайся, веди машину осторожно. Если не получится, я немного поезжу».
Голос Лю Чуаня прозвучал в самый неподходящий момент, потому что он заметил, что Чжуан Жуй уже семь или восемь секунд не смотрит на дорогу. Ради собственной жизни Лю Чуань был вынужден напомнить ему об этом.
Чжуан Жуй покраснел и снова перевел взгляд на дорогу, но его заметила Цинь Сюаньбин в зеркале заднего вида. Цинь Сюаньбин это показалось довольно интересным; она не ожидала, что Чжуан Жуй, который всегда казался спокойным в ее присутствии, покраснеет. На лице Цинь Сюаньбин появилась улыбка.
«Кхм, госпожа Цинь, эта вещь мало чего стоит. Если она вам нравится, просто возьмите её. Нет необходимости говорить о передаче. Я вас за это давно не благодарил».
Чжуан Жуй имел в виду случай, когда Цинь Сюаньбин опозорил Сюй Вэя во время оценки сокровищ. Всем было видно, что Сюй Вэй намеренно нацелился на Чжуан Жуя, но последующие действия Цинь Сюаньбина непреднамеренно преподали Сюй Вэю урок от имени Чжуан Жуя.
Услышав это, Цинь Сюаньбин слегка нахмурилась. За всю свою жизнь, за исключением подарков от старших, она никогда не принимала подарков от других мужчин. Слова Чжуан Жуя поставили её в затруднительное положение. Хотя подарок, возможно, и не был очень ценным, как сказал Чжуан Жуй, Цинь Сюаньбин не хотела принимать его без причины.
Немного подумав, Цинь Сюаньбин достала рюкзак, немного порылась в нём и вынула коробку. Она сказала: «Как насчёт этого, Чжуан Жуй? Я случайно взяла с собой лишний мобильный телефон, когда в этот раз приехала на материк. Может, я использую его, чтобы обменять на эту резную фигурку из корня?»
Чжуан Жуй на мгновение опешился. Несколько дней назад он подумывал о покупке мобильного телефона, но с момента приезда в Чэнду так им и не воспользовался, и совсем забыл о нем. Как же так получилось, что его доставили прямо к нему домой? Однако, увидев, как Лю Чуань забирает коробку у Цинь Сюаньбин, Чжуан Жуй быстро сказал: «Госпожа Цинь, это неуместно, совершенно неуместно. Я купил эту резную фигурку из корня всего за 200 юаней. Вы многое теряете, обменивая ее на мобильный телефон. Лю Чуань, пожалуйста, немедленно верните ее госпоже Цинь».
Чжуан Жуй мельком взглянул на коробку. На ней были надписи на английском языке и логотип Motorola. Чжуан Жуй знал, что, учитывая статус Цинь Сюаньбин, телефон, который она принесла, определенно будет высокого класса. Этот телефон, вероятно, стоил не менее пяти тысяч юаней. Если бы он действительно обменял его на свою вещь за 200 юаней, он бы явно воспользовался ее положением.
Чжуан Жуй никогда бы не опустился до такого. К тому же, стоимость мобильного телефона для него сейчас ничего не стоит, даже когда у него совсем нет денег, он не станет пользоваться девушкой в своих интересах.
Лю Чуань проигнорировал Чжуан Жуя. Поняв, что телефон нераспакован, он разорвал коробку, ловко установил батарею и спросил: «Цинь Сюаньбин, я никогда раньше не видел этот телефон. Его ведь не продают в Китае?»
Он всегда обращался к Цинь Сюаньбин по имени и никогда не использовал никаких вежливых слов.
Лю Чуань очень быстро меняет телефоны. Он покупает почти все новые модели, которые приходят ему в голову. Он хорошо знаком с некоторыми отечественными марками телефонов. Как он сам говорит: «Если мы не можем позволить себе даже машину, и даже телефон не можем себе позволить, то что мы за люди?» Это так разозлило Чжуан Жуя, что он больше никогда не хотел старые телефоны Лю Чуаня, потому что и раньше не мог себе позволить ни то, ни другое.
«Это последняя модель Motorola. Возможно, она еще не доступна в материковом Китае. Чжуан Жуй, этот телефон предназначен для мужчин. Мне он тоже не нравится. Давайте будем использовать его по назначению. Мы ничего не потеряем, если заменим его на что-нибудь другое».
Цинь Сюаньбин объяснил Лю Чуаню, но всё же настоял на обмене телефона на резную фигурку из корней.
«Я не собираюсь терпеть убытки, но и пользоваться вашей слабостью я тоже не хочу».
Чжуан Жуй чувствовал себя немного беспомощным. Поскольку Лю Чуань уже распаковал телефон, возвращать его было бы неуместно. Поэтому он сказал: «Как насчет этого, госпожа Цинь, сколько стоит этот телефон? Я отдам его вам позже. Считайте это покупкой».
Услышав это, Цинь Сюаньбин слегка нахмурилась. В глубине души она считала Чжуан Жуя своим другом, как и Бай Мэнъаня. Однако, судя по словам Чжуан Жуя, он не относился к ней как к другу и неохотно принимал её вещи. Это немного её огорчало. Впрочем, Цинь Сюаньбин не стала слишком задумываться. Если ты не хочешь принимать чужие вещи, почему другие должны принимать их, не принимая твоих?
«Мы все молоды, поэтому я буду называть вас Чжуан Жуй. Вам больше не нужно называть меня мисс Цинь, просто зовите меня Сюань Бин. Что касается этой резной фигурки скачущей лошади из корня дерева, считайте это подарком от вас. А этот телефон, пожалуйста, примите в ответ от меня».
Цинь Сюаньбин не придала этому значения, произнеся эти слова, и поняла, что что-то не так, только после того, как закончила говорить. Бай Мэнъяо и Лэй Лэй удивленно уставились на нее. Они знали Цинь Сюаньбин довольно давно, но никогда не видели, чтобы она говорила с мужчиной таким тоном.
Молодые люди в гонконгских кругах, считающие себя обладателями определенного статуса, обычно называют Цинь Сюаньбин полным именем, но мало кто из них отвечает взаимностью. Неожиданно, что обычно высокомерная мисс Цинь однажды позволит мужчинам называть ее по имени.
Цинь Сюаньбин поняла, что оговорилась, и на её нефритово-белом лице появился румянец. В свете салона автомобиля она выглядела потрясающе красивой. Даже Лэй Лэй и Бай Мэнъяо, тоже женщины, были ошеломлены. К счастью, в этот момент Чжуан Жуй смотрел на дорогу; иначе завтра в новостях Сычуани, вероятно, появился бы ещё один репортаж об аварии с участием Hummer.
Однако слова Цинь Сюаньбина несколько смутили Чжуан Жуя. Как говорится, труднее всего принять доброту красивой женщины. Чжуан Жуй также понял, что Цинь Сюаньбин не просто вежливо выражает своё недовольство. Если он снова откажет Цинь Сюаньбин, то потеряет лицо. Поэтому он сказал: «Хорошо, теперь я буду называть тебя Сюаньбин. Я согласен на этот звонок».
Услышав, как Чжуан Жуй обратился к ней как к Сюаньбин, румянец, только что исчезнувший с лица Цинь Сюаньбин, снова появился. По какой-то причине, услышав это обращение, Цинь Сюаньбин почувствовала что-то странное, и в машине воцарилась тишина.
«Сестра Сюаньсюань, почему вам так нравится эта резная фигурка скачущей лошади из корней? Мне также очень понравилась фигурка обезьяны, которую я видела раньше».
После того, как Бай Мэнъяо огляделась по сторонам, она нарушила молчание в машине своими словами. Цинь Сюаньбин вздохнула с облегчением и начала болтать с Лэйлэй и Бай Мэнъяо, но больше не разговаривала с Чжуан Жуем.
С наступлением ночи «Хаммер» затих. Девушки утратили первоначальный энтузиазм, и Лэй Лэй немного переборщила, опустив электрическую перегородку и время от времени разговаривая с Лю Чуанем по домофону. Через некоторое время разговор затих, вероятно, потому что она заснула.
Глава 67. Въезд в Тибет (Часть 2)
В XVIII веке странствующий поэт Цангьянг Гьяцо своими прекрасными словами сравнил Литанг с местом, к которому стремятся и которым восхищаются белые журавли: «Белые журавли, одолжите мне свои крылья. Я не улечу далеко, только ненадолго в Литанг, а потом вернусь обратно…»
С тех пор эта пленительная песня о любви пронизывала бескрайние годы, преодолевала смену времен года и пересекала время и пространство.
Литанг — один из самых высокогорных уездов мира, известный как «самый высокогорный город мира». Административный центр уезда расположен на высоте 4200 метров над уровнем моря, что более чем на 300 метров выше, чем Лхаса в Тибете. Этот город, известный как «город, парящий в небе», с древних времен был важным центром торговли чаем и лошадьми, местом, где собираются торговцы, где изобилие ресурсов и живут выдающиеся люди.
Хотя Чэнду находится всего в 700 километрах от уезда Литанг, двум машинам потребовалось более 10 часов, чтобы добраться до границы Литанга. На следующий день было уже больше 8 утра. Поскольку они несколько раз останавливались по пути, никто не выглядел очень уставшим.
Проспав всю ночь, три девушки стали еще энергичнее и непрестанно болтали на задних рядах. Только тогда Чжуан Жуй понял, что Цинь Сюаньбин, которая на публике казалась отстраненной и очаровательной, на самом деле вела себя вполне нормально в присутствии других женщин. Однако Чжуан Жую тут же пришла в голову мысль: а может быть, Цинь Сюаньбин лесбиянка? Чем больше он думал об этом, тем вероятнее это казалось. Он планировал найти время, чтобы сказать Лю Чуаню, чтобы тот остерегался возможной неверности Лэй Лэй, поскольку красота Цинь Сюаньбин была неотразима как для мужчин, так и для женщин.
Когда машина въехала в уезд Литанг, по обеим сторонам дороги простирались обширные и величественные луга Маойя, насколько хватало глаз. Ранней весной трава разных оттенков приобретала яркий зеленый цвет, волнисто колыхаясь по лугу. Разбросанные по лугу мелкие полевые цветы были ярко окрашены. Солнечный свет, пробиваясь сквозь облака, постоянно менялся и переливался на фоне больших цветовых пятен, создавая ослепительную и прекрасную картину, раскрашивающую луга уезда Литанг красочным пейзажем.
«Сестра Сюаньсюань, сестра Лэйлэй, это так красиво! Я никогда раньше не видела такого прекрасного вида…»
Это был голос Бай Мэнъяо. С тех пор как Лэй Лэй утром поднял автоматический шлагбаум, Бай Мэнъяо ни на секунду не переставала говорить. Она то возбужденно кричала на яков на пастбище, то жестикулировала, указывая на парящих в небе орлов. Если бы Чжуан Жуй не потренировался водить машину по шоссе из Хэфэя в Чэнду, он, вероятно, испугался бы и съехал бы в кювет от внезапных криков Бай Мэнъяо.
Однако пейзаж перед ним по-настоящему привлёк внимание Чжуан Жуя. Он не мог поверить, что в мире существует такое красивое и волшебное место. Чжуан Жуй невольно почувствовал усталость от жизни в большом городе. И он был не единственным, кто так чувствовал. Бай Мэнъань, ехавшая перед ним в машине «Принца Пустыни», тоже смотрела на всё это с огромным удовольствием и мечтала жить там.
В этот момент Лэй Лэй и остальные держали в руках карту с туристическими маршрутами Литана и обсуждали, куда лучше отправиться в первую очередь. Тем временем Лю Чуань, внезапно подружившийся с женщинами, каким-то образом пробрался в заднюю часть поезда. Он полностью согласился с предложениями женщин и даже время от времени давал им советы.
Чжуан Жуй не мог не пожалеть своего работодателя, Сун Цзюня. Зачем ему пришла в голову идея отправить Лю Чуаня помочь ему купить тибетских мастифов? Судя по внешнему виду Лю Чуаня, он явно приехал сюда просто на отдых.
К этому времени две машины въехали в уезд Литанг одна за другой. Литанг больше похож на город, чем на уезд, потому что он слишком мал. Улицы прямые и расположены по сетке, с небольшой площадью и маленьким уличным садом посередине. Магазины и рестораны выстроились в ряд. Большинство людей, приходящих и уходящих с улиц, — местные тибетцы. Однако улицы широкие, и весь город очень чистый.
Глядя из машины, люди в «Хаммере» почувствовали непривычную обстановку, потому что все присутствующие, независимо от пола, были одеты в тибетские меховые халаты с большим воротником, широкой талией и застежкой спереди, которая была уже справа и шире слева. Крепкие мужчины племени Кхампа имели длинные черные волосы, выразительные черты лица и большие солнцезащитные очки, выглядя мужественно и привлекательно. На правом бедре у них висел тибетский нож в ножнах, а у некоторых даже два или три тибетских ножа, что придавало им героический и лихой вид.
Тибетские женщины носят на теле и голове крупные и красивые украшения, такие как красный коралл размером с яйцо или бирюза зеленого цвета. Некоторые заплетают волосы в плотную косу, украшенную разноцветными бусинами, что делает их исключительно красивыми и очаровательными.
У всех тибетцев на улице, и у мужчин, и у женщин, были румяные щеки.
Чжуан Жуй знал, что это вызвано горной болезнью, поэтому объяснил это Цинь Сюаньбину и остальным за рулём. Они не знали, что означает «горное покраснение». К счастью, люди в машине обычно следили за физическими упражнениями, поэтому, хотя они и чувствовали небольшую стеснённость в груди, никаких особенно неприятных реакций не возникло.
В этот момент ехавший впереди пустынный принц остановился на обочине дороги. После того как Бай Мэнъань выскочила из машины, она слабо махнула рукой, давая Чжуан Жую знак остановиться.
Чжуан Жуй остановил машину и опустил окно, и порыв холодного ветра хлынул в тёплый салон.
«Давайте перекусим и поскорее уберёмся отсюда. Здесь даже приличной гостиницы поблизости нет».
В этот момент на лице Бай Мэнъаня также появились признаки усталости, явно от горной болезни. Его дыхание участилось. Этот молодой господин из Гонконга, не имевший большого опыта трудностей, недооценил сложность этого путешествия.
«Нет, мы хотим пойти в храм Литанг и посмотреть фестиваль скачек…»